Nick 'Uhtomsky (hvac) wrote,
Nick 'Uhtomsky
hvac

Categories:

Море и Деньги

Всемирная баснословная история мифических королей и полководцев вплоть до дискуссии о насморке Наполеона во время битвы при Ватерлоо, конечно к реальной истории развития европейской цивилизации не имеет никакого отношения.

Впрочем, как и марксистские бредни о закономерностях, под влиянием которых “феодализм” неминуемо сменял “рабовладельческий строй” и плавно или “революционными” рывками сменялся хищным “капитализмом”.

На протяжении всей документально засвидетельствованной истории народы, заселяющие северные берега Средиземноморья ( в Европе к Средиземноморскому бассейну относятся и Бавария, Трансильвания и Днепровский бассейн), численно превосходили своих южных соседей в соотношении, по крайней мере , два к одному; они соответственно играли ведущую роль.Балтика выдвинулась вперёд сравнительно недавно.

Северные народы, создали дракар (лодью) -  судно с 40-70 гребцами и прямоугольным парусом. Отличительным качеством дракара (лодьи) было то, что он мог кроме каботажа в прибрежной полосе ( в открытом море, как правило обречены были на гибель) подниматься по рекам, его можно было даже перетаскивать волоком через водоразделы. Благодаря дракару (лодье) т.н. "норманны" могли внезапно появляться едва ли не в любом месте - там, где хотели; флотилия из 50-100 кораблей высаживала  может и до тысячи воинов, которые грабили города и села и уходили, как только противник собирал крупные силы. Дракар позволил "норманнам" разграбить большую часть Западной Европы, но, не обладая военным преимуществом, по  легендам, они смогли закрепиться лишь в немногих областях, в Нормандии, в Сицилии, в Англии (наш баснословный Рюрик -  это легендарный руг, поклонник Руевита - Рорих Ютландский, прославившийся разграблением Лондона).

Викинги  или варяги , это конечно не национальность, а профессия (военно-торговые кланы). У северных народов, с берегов Варяжского моря. Викинговать -синоним "грабить".

В начале средних веков выжать из населения деньги могли своим методичным и последовательным террором только викинги, беспощадно сжигавшие поселения, продававшие в рабство и убивавшие не внесших наложенной на них дани жителей островов и побережья материка. В Англии (как и в т.н. “Ганзейских” городах, Польше и Тевтонском ордене), чтобы откупиться от викингов, издавна был установлен сбор "датских денег", производившийся ежегодно и подготовивший население Англии к взиманию правильного налога, к моменту колонизации островов в 15 -16-х веках.

По легенде, в 1000г, захватив базы пиратов на Адриатике в Курзоле и Лагосте, венецианский дож принял титул герцого Далмации: Венеция сделала первый шаг на пути к своему морскому владычеству.

Инновации -рост водоизмещения кораблей, появление морских лоций (XIII век) и компаса, изобретение вертикального штурвала с рукояткой (XII век),  позволило отказаться от каботажного плавания и выходить в открытое море!

По стародавним преданиям, когда корабли уходили в Восточное Средиземноморье, в “страны Леванта”, и город оставался без звонкой монеты: все ценности были вложены в торговый караван.

Средиземное море заставляло подчиняться природным условиям столь же строго, как северные моря и Балтика. Даже в наиболее благоприятных для плаванья районах Средиземноморья старинные морские уставы разрешали плаванье только от дня св. Георгия (5 мая) до дня св. Дмитрия (26 октября). Поздней осенью и зимой над Средиземным морем, прежде всего над западной его частью, проносятся атлантические циклоны с резкими порывами ветра и обильным дождем. На море свирепствует шторм. В эти дни корабли должны находиться в надежных укрытиях. Кто пытался нарушить старинные правила и выходил в море, терял груз, корабль и подвергал опасности жизнь. В лучшем случае он мог оказаться там, где его никто не ждал.

Конвои, которые Венеция - первая морская держава того времени - направляла с начала XIV века один или два раза в год в Англию и во Фландрию (Ипр, Брюгге и Гент), насчитывали две-три галеры. Общее число "купеческих галер"(водоизмещением до 300 тонн! –груз поезда), которые обслуживали в двадцатых годах XIV в. три главных торговых пути, составляло примерно 25 единиц. В 1328 AD, например, восемь кораблей работали на "заморском" направлении (то есть Кипр и Армения), четыре - на фландрском и десять - на "романском" (Ромейская империя и Черное море).

Лучшими гребцами считались турки, негры и далматинцы. Лишь в XV-XVI столетиях на галерах появились рабы, которых покупали на африканских рынках (Алжир, Тунис)

По корабельной архитектуре и судовождению в ИЗВЕСТНЫХ водах Восток еще долго превосходил "франков". Кто был штурманом у Васко Де Гаммы ?

Торговые, и культурные связи создавали будущую карту Европы. Наиболее динамично развивались в кватроченто небольшие торговые государства, Венеция и Генуя.

Венеция и Генуя переняли у Константинополя его роль организатора торговли в Леванте.

Бюджет Венеции был в те дни превышал государственные доходы какой нибудь богом забытой “Англии”, а доход на душу населения был неизмеримо выше.

Преобладание было достигнуто конечно не только торговлей, но и силой флота, венецианские галеры со стрелками, лучниками и пращниками патрулировали “внутреннее море” (Площадь Адриатики немного превышает Маркизову лужу). Венеция создавала свою “империю”, присоединяя старинные города — Падую, Верону, Бергамо, острова в Средиземном море,славянские порты на Адриатике которые охраняли путь на Восток.

 

Европу  в лидеры глобальной экономической и военной гонки вывело не железо, а порох.

И межцивилизационная битва при Лепанто в 1571 году, когда в волнах Средиземного моря сошлись ислам и христианство и Европа стала господствовать на море, решалась огнем артиллерийских орудий, лучшими из которых считались бронзовые, изготовленные по металлургической технологии, известной  может еще и минойским грекам.

Дело в том, что война нового типа, война, основанная на массированном применении огневой мощи, уже тогда была невероятно дорогим делом. Вот мировой экономический лидер шестнадцатого века - Венецианская республика. Вот ее Арсенал на окраине квартала Кастелло. Что же он производил?

Крепости Венеции были оснащены четырьмястами пушками. Для каждого орудия на складах хранилось пороху на триста выстрелов. В совокупности это составляло шесть миллионов фунтов пороха. Такой боекомплект считался минимально допустимым. Но стоил он миллион восемьсот тысяч дукатов (Дукат, золотая монета, которую с 1284 г. чеканила Венеция. Вес - 3,5 г при пробе в 23,5 карата), больше поступлений венецианского годового бюджета вместе взятых! А Венеция была тогда экономическим лидером!

Кстати, тогдашний суперинтендант крепостей Республики Саворньян де Браз добивался от Синьории увеличения боекомплекта до четырехсот выстрелов на орудие. Это обошлось бы еще в 600 тысяч дукатов!

Тут-то и начинают играть роль изобретения. Стремясь сократить бюджетные траты, образованный суперинтендант предлагает перейти с крупного, более дешевого орудийного пороха на мелкий, аркебузный. Его более высокая стоимость (для просеивания пороха потребуется еще 150 тысяч дукатов) компенсируется уменьшением заряда на треть. Неизвестно, имелось ли в виду упростить военную логистику за счет перехода на один сорт огнеприпасов. И основывались предложения суперинтенданта не на НИОКР, а на данных разведки - унифицированный порох применяли англичане и французы. Но оптимизация оборонных затрат уже в шестнадцатом веке имела громадное значение.

 

Далекий путь товаров: корабли с острова Суматра ежегодно отправлялись к берегам Персидского залива и Красного моря, тысячи верблюдов неторопливо несли свой груз караванными тропами в Сирию и Египет, где товары принимали венецианские корабли. Перец и мускатный орех, шафран и гвоздика, цейлонская корица и синий краситель из Индии, жемчуг и ревень, африканский росный ладан и хлопок, шелковая пряжа — множество привычных вещей. На Восток венецианцы везли шерстяные ткани и серебро — слитки, монеты: Запад еще не мог предложить многочисленные товары, платил только серебром, “серебро бежит за перцем”, издавна говорили венецианцы. Впрочем, в XVI веке Венеция предлагала восточным купцам изделия стекольных мастерских, бусы и четки из цветного стекла, небольшие зеркальца.

Конечно громкая метафора из учебников “Купцы — это мешки с перцем” далека от истины, во всяком случае для стран Средиземноморья. Нет слов, пряности, особенно перец, обеспечивали в XVI веке постоянный высокий доход, сравнимый с прибылью современного нефтяного бизнеса. На пути из Калькутты цена этого легкого груза увеличивалась раз в двенадцать. В трудах по истории экономики подсчитано, что только в 60-е годы XVI века в Европу привезли не менее 20 тысяч центнеров перца. Но, по утверждению Броделя, торговля зерном в Средиземноморье по объему и затратам капитала немногим уступала торговле пряностями.

Венеция славилась не только тканями, но и цветным стеклом, бумагой хорошего качества: мельницы постоянно перемалывали горы тряпья, сырья для производства бумаги. Венецианские типографии печатали множество книг: прекрасно оформленные произведения античных авторов и европейских гуманистов, увесистые книги по богословию и огромные справочники, снабженные картами и гравюрами. Это был рентабельный, рыночный сектор экономики.

Экономика Средиземноморья удовлетворяла разнообразные вкусы и потребности: простые, непритязательные и самые изысканные — от соленого сыра из Сардинии и дешевой ткани из смеси хлопка и льна до удивительных вещей — мелких кипрских птиц, заготовленных в бочках с уксусом, прекрасного тяжелого бархата, великолепных изделий из кожи испанских мастерских. Средиземноморские товары пользовались в Европе неизменным успехом, мальвазия, крепкое вино из сахаристого винограда, появившееся в Греции в XV веке, завоевало европейский рынок от Англии до России. Хотя в Средиземноморье не было больших рыбных промыслов, мелкая соленая рыбка анчоус до сих пор входит в набор повседневных европейских блюд.

Жители Средиземноморья, несмотря на различия религий, культуры, наречий, имели нечто общее, что объединяло их в далеких странах, вдали от дома. Это были особенности пищевого рациона. Оливки, сыр, молодое вино, овощи. Обязательно растительное масло. За пределами Средиземноморья его обитатели постоянно жалуются: нет оливкового масла, много жирных и молочных блюд, еда слишком обильная, хотя и дешевая. В Америке, в колониях Испании было потрачено много сил, чтобы сохранить привычный набор средиземноморских блюд, посадить оливковые рощи, развести виноградники, испечь хлеб не из кукурузной муки, а из хорошей пшеницы, такой же полновесной и чистой, как на полях Сицилии.

В XVI веке центр экономической жизни Средиземноморья по-прежнему оставался в “узком четырехугольнике” знаменитых итальянских городов — Милана, Флоренции, Генуи, Венеции.

Есть мнение что именно во Флоренции, а не в Риме, была западноевропейская налоговая казна бывшей империи , находившаяся в ведении семейства потомственных мытарей Медичи.

Это были олигархические государства с развитой финансовой системой, изощренными методами государственного управления, многообразными видами хозяйственной деятельности и неизбежным расслоением общества, на “знатных, свободных и зависимых”

Мастера высокой квалификации получали в Венеции хорошую заработную плату, до 150 дукатов в год, ничтожная сумма в сравнении с доходами купцов и финансистов, они считали ниже своего достоинства объявлять ценность приданого меньше, чем на 3 тысячи дукатов.

Известно, что в обменной лавке некого венецианца Бернардо за короткий период были совершены денежные операции на сумму 3 миллиона дукатов.

В странах Средиземноморья не было избытка потомственных и хорошо обученных моряков. Наоборот, постоянная проблема, с которой сталкивались правительственные канцелярии средиземноморских стран в XVI веке, — недостаток хорошего леса для строительства новых кораблей и ограниченное число моряков, которым можно было доверить морские экипажи. Опытных моряков нанимали на службу, не задавая вопросов о происхождении и родном наречии.

В XVI веке в католических странах постоянно обличали “ренегатов”, христиан, которые по своей воле бежали в Турцию или были взяты в плен, и получали там весьма завидные должности.

Участь жертв морского разбоя во все времена была незавидной: рабство, галеры или, если повезет, свобода за разорительный выкуп. В эпоху цивилизационного противостояния появилось новшество:
морские разбойники теперь еще и за души боролись.И надо сказать, бизнес был иной раз очень прибыльным.Например, можно сманить христианина - канонира на родной галеас.
Ему - свобода и избавление от галер/работорговцев, берберским корсарам - ценный специалист.
Такие вероотступники были обычным явлением и в огромном количестве служили новоиспеченным "братьям по вере". Они подчас делали хорошую карьеру. Многие даже становились флотоводцами на службе у турок или берберов.
Но бывали и курьезы.Некий капитан попал в плен к берберским корсарам. Он был опытный и толковый моряк. Ему, само собой, предложили перейти в "истинную веру".Капитану галеры не нравились, и он принял ислам,после чего воевал с бывшими единоверцами.Несколько лет спустя он попал к ним в плен.Капитану-отступнику светили даже не галеры, а смертная казнь.Возможно, даже на костре с сырыми дровами.
Но не было бы счастья, да несчастье помогло. Его подросший сын-христианин в это же время воевал на море против "неверных" и тоже попал к ним в плен.Правда,он оказался малым принципиальным и ислам не принял.Потому корсара-отступника казнить не стали, а вместо этого обменяли на его же собственного сына.

Во второй половине XVI века в мировой экономике происходили глубокие сдвиги, которые впоследствии определили судьбу Средиземноморья. Старинные города — Венеция и Генуя — утратили свое преобладание в морской торговле. Французские историки  детально изучили пути торговых караванов Венеции с XIV по XVI век и пришли к выводу, что в 30-х годах XVI века полностью прекратились связи с Нидерландами. В таблицах показаны постоянные пробелы в колонках “Азовское море”, “Константинополь”, “Крит”. Редко появлялись венецианские корабли в портах Северной Африки. В итоге остались две постоянные “венецианские линии” — Сирия и Египет.

Значительно сокращаются торговые пути Генуи. Генуэзские богачи преуспели в банковском деле, а в конце XVI века стали хозяевами международной системы платежей, прочно обосновались в Испании, держали в своих руках государственные финансы этой крупнейшей мировой державы XVI века. А Генуэзский флот обеспечивает стратегические интересы испанской короны в Средиземноморье.

Свой вклад в изменение обстановки в Средиземноморье внесли португальцы при Энрике Мореплавателе. В конце XV века они постоянно отправляют свои корабли в дальние походы, чтобы найти уязвимое звено в цепи перевозки традиционных восточных товаров. Португальцы нашли путь в Индийский океан, продолжили поиски в Юго-Восточной Азии. Настал тот день, когда на португальских морских картах появилась надпись: “Здесь острова пряностей”. Древний путь перца и гвоздики был «надломлен» у корня, богатые и надменные торговые города Средиземноморья должны были признать свое поражение. Говорят, что В 1504 AD венецианские купцы были в смятении: в Египте они не нашли товарные запасы перца.

Но торжество португальцев было непродолжительным. У португальского короля и его чиновников не было ни средств, ни опыта, ни умения, необходимых для продажи пряностей, была лишь наивная уверенность, что перец, привезенный в Лиссабон, на глазах превратится в золото. Португальцы не создали, в отличие от Испании, обширную  империю, они основали небольшие опорные пункты в Индии и Юго-Восточной Азии, чтобы следить за древним морским путем.

Но методы прямого насилия португальцам не принесли пользу. Можно показать на множестве примеров, как терпеливо и настойчиво восточные мореходы обходили португальские барьеры, как заново была создана сеть морских сообщений, и товарные потоки вновь стали стекаться к берегам Красного моря, а караваны вернулись на старые дороги, которые вели к берегам Средиземного моря. И в середине XVI века венецианцы вновь взяли в свои руки привоз пряностей в Европу, привычный груз вновь заполнил трюмы итальянских кораблей.

Но это была временная победа. В конце XVI века начинается упадок средиземноморской торговли и вскоре тесно связанных с морской торговлей мастерских и мануфактур. “Запад начинает вытеснять Восток” — вот общая формула, которая определяла неизбежный упадок старинных торговых и морских городов Средиземноморья. Восток теряет свою ведущую роль в мировой торговле, исчезает сказочная привлекательность восточных вещей, которые вызывали зависть и восхищение европейцев. Мануфактуры Нидерландов, Англии, Германии начинают производить разнообразные и качественные товары, которые наполняют европейские рынки и проникают в страны Средиземноморья вместе с предприимчивыми капитанами “северных флотилий”. В Средиземном море, проскальзывая вдоль берега, уходя от преследования испанских галер, один за другим появляются легкие голландские vlieboot'ы, вслед за ними — англичане...

Современные историки отмечают, что главными изобретениеми Европы, инструментом ее глобального господства, было океанское мореплавание, хождение в открытом море, книгопечатание и порох .

С эпохой Великих географических открытий, глобальным лидером стала Европа.

А внутри Европы лидерство переходило от города к городу - но всегда к городам морским.

Ганзейский Любек с его коггенами и урками (hourques). Венеция с гигантскими, строившимися государством в Арсенале galere da mercato, трехсоттонными торговыми галерами - груз поезда. И это с 1314 года! Лисабон и его barcas - с них началась эпоха Открытий. Каравеллы конкистадоров. Голландские флейты, vlieboot'ы середины шестнадцатого века. Прочные и вместительные транспорты с округлыми обводами, благодаря которым на мировую сцену вышел Амстердам. И zeeboot'ы, боевые корабли гёзов, бросивших вызов всемирной власти Католического короля.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment