Nick 'Uhtomsky (hvac) wrote,
Nick 'Uhtomsky
hvac

Categories:

Психология войны -1

Деятельность войск разделяется на физическую и духовную. Все, что относится ко второй, составляет нравственный элемент. Деятельности физическая и духовная находятся во взаимной зависимости. Успешное движение вперед к неприятелю влияет на подъем душевн. состояния; напротив, пассивная бездеятельность может угнетать бодрость духа; переутомление, голод, болезнь может оказывать то же влияние.

Высокий подъем нравственных сил, увлечение какой-либо мыслью, религиозное воодушевление помогут легко перенести физические невзгоды, совершить огромн. переход, пробежать значительное пространство перед ударом в штыки и т. п. Значение нравственного элемента на войне так велико, что Наполеон выразился: "Успех на войне зависит на 3/4 от нравственного элемента и лишь на 1/4 от материального". Такое же значение нравственного элемента подтверждают постоянно и другие военные авторитеты.

Факты военной истории свидетельствуют о высоком его значении в каждой войне, почти в каждом сражении.

Так, например, появление Жанны д'Арк вызвало переворот в борьбе Франции с Англией во время Столетней войны. Нравственное превосходство войск является плодом соотвующего воспитания или следствием ряда предшествовавших подвигов.

Таким войскам по силам самые невероятные предприятия, чем и объясняются, например, постоянные успехи войск, воспитанных и руководимых Суворовым. Штурм Измаила в 1790 г., с гарнизоном, более многочисленным, нежели атакующие, казался невозможным; но солдаты говорили Суворову: "С тобою наверное возьмем!"

История показывает, что народы, выделившиеся своими завоеваниями, отличались превосходством своих нравственных сил над покоренными. Вникая в главную причину живучести молодого государства и дряхлости отживающей нации, нельзя не заметить, что она заключается в героическом духе первого и в крайнем упадке нравственных сил во второй.

Египтяне, вавилоняне, персы, греки, римляне, монголо-татары, аравитяне, турки и др. отжившие народы в юношеском возрасте не обладали ни многочисленным, сплочен. населением, ни богатством, ни высоким умственным развитием, но за то они строго исполняли свой долг и жертвовали собою. При таких условиях государство легко переносит наиболее сильные невзгоды.

Вот почему многие народы, может быть, инстинктивно, но ревниво, охраняли свой суровый воинственый быт, чтобы не подвергнуться расслабляющему влиянию роскоши и изнеженных нравов. Нельзя забывать: конституции мужского организма комфорт противопоказан. Нарочитое уклонение от рискованной и опасной жизни, изобильная еда и мягкая постель втягивают мужчину в хозяйственную и сексуальную зависимость от женщины.Мужчина теряет raison d"etre как существо автономное. Ведь в свободном мужском субъекте  превалирует легкомысленное отношение к нуждам насущным, стремление к путешествиям, военным подвигам и созерцательному познанию.В несвободном мужском субьекте , или, согласно Эриху Фромму, псевдо-Selbst, происходит  подмена оригинальной активности мыслей, эмоций, желаний.

"Оригинальное селф-протагоний духовной деятельности. Псевдо-селф только агент, представитель, играющий роль, ему назначенную, от имени этого протагониста. Понятно, каждый человек может играть много ролей, субъективно убеждённый, что он и в каждой роли "он". Это иллюзия: оригинальное селф постепенно переходит в эти роли, изредка давая о себе знать пьяными эксцессами, сновидениями, фантазиями" - пишет Эрих Фромм

Рассказывая о нервиях, самом могучего племени белгов, Цезарь говорит:

"Нет к ним входа купцам, строжайше запрещен ввоз вина и прочих к роскоши служащих предметов: этим они желают предупредить расслабление нравств-сти и ослабление воинской доблести".

Ликург своими суровыми законами закрепил нравственные силы спартанцев и превратил республику в один военный лагерь, где все было направлено к выработке в гражданине воен. добродетелей.

Религия варварских народов возбуждала их воинственные и нравственные начала, которые они наиболее ценили.Историк IV в. по Р. X. Аммиан Марцеллин говорит об алланах, что y них "нет лучшей похвалы, как сказать, что такой-то убит в сражении".

Во все времена, на войне вообще и в бою в частности, враждующие стороны стремились сломить волю противника, подчинить ее себе, заставить его признать невозможность дальнейшего сопротивления, т. е. победить его нравственно.

В конце каждого боя обыкновенно одна из сражающихся сторон отказывается продолжать его, признает себя побежденной; y нее еще есть люди, есть материал. средства для боя, но предел нравственной упругости перейден, она считает продолжение боя невозможным.

Нередко потери y победителя более, чем y побежденного, но нравственный элемент оказался выше, и победа досталась ему; потом, при преследовании, победитель сильно увеличит потери y побежденного, y к-рого произошел упадок нравственных сил и к-рый не в состоянии защищаться.

В те отдаленные времена, когда для нанесения вреда противнику нужно было сойтись грудь с грудью, весь период нравственного напряжения при ожидании опасности был короток.

Ныне уже за несколько километров от противника начинаются потери и возникает борьба с инстинктом самосохранения, расстраивающая нравственные силы людей; она продолжается не только целые часы, но иногда дни и недели, пока наступит решит период боя.

В нынешних боях часто отсутствует последний акт — рукопашная свалка. Ясно, что завязка и развитие боя растянулись настолько, что людям трудно выдержать долгое, непрерывное нравственное напряжение. Следовательно, все технические усовершенствования в оружии сделали бой труднее, оказали огромное влияние на нравственный элемент, возвышая еще больше его значение.

Самые лучшие технические средства, требующие от управляющих ими людей выдержки и спокойствия, теряют всякую силу, если люди поколеблены нравственно. Если так велико значение нравственного элемента, если это значение теперь сильно возрасло, то его надо тщат-но изучать.

Великие полк-дцы были в то же время и сердцеведами: они обладали способ-тью действовать на нравственной силы войск.

Душевная деятельноть человека складывается из деятельности ума, воли, чувств и совести. Все эти силы работают посредством нервной системы, вследствие чего чрезвычайно важно, чтобы она была нормальна и здорова. Правильная работа уже дает ясное представление о предметах и явлениях; неправильная — неясную и неотчетл. обработку впечатлений, вследствие чего ум не м. оценить их значение.

Не всегда это происходит от недостаточности данных для суждения, a большею частью ст недостатков самой личности, получившей впечатления. Не отдавая ясного отчета, в чем дело, человек начинает колебаться. В военном человеке сомнение весьма опасно, т. к. он не знает, на что решиться, a потому ничего не предпринимает или начинает путать и других сбивать с толку.

Сомневающийся начальк избегает распоряжаться лично, a старается возложить свои обяз-ти на других, если же это нельзя, отдает неясные распоряжения, от которых потом легко отказаться под предлогом, что подчиненный не понял.

Память — драгоценная способность ума сохранять прежние впечатления и служит основанием опыта, который в военном деле имеет преимущественное значение, ибо в каждом искусстве не только надо знать дело, но и и уметь его делать.

Ум поможет воен. человеку создавать планы, вырабатывать решения; чем сильнее ум, тем живее его работа; вслед за одним планом он сейчас же начинает вырабатывать другой, может быть, еще лучший, затем 3-й и т. д., a между тем, противник в это время будет иметь успех с решением, хотя бы и посредственным.

Поэтому, лучше решиться на что-нибудь, но это решение энергично привести в исполнение. Подобной сдерживающей силой для ума служит воля. Она приводит в действие данные средства, выполняет план, созданный умом, поддерживает энергию, т. е. напряжение нервной системы, дает возможность побороть инстинкт самосохранения, заглушить тяжелые впечатления боя, преодолеть утомление, голод и другие невзгоды, неизбежные на войне.

Кроме того, твердая воля составляет единственное средство подчинить себе младших в полной мере и вести их даже на верную гибель.

Создается, таким образом, органическая зав-сть воли исполнителей от воли распорядителей. Она выражается, прежде всего, тем, что энергия, твердость и настойчивость подчиненных повышаются или ослабляются соответ-но с такими же колебаниями воли начальника.

Общая твердая воля дает всем чинам душевн. равновесие, что позволяет уверенно распоряжаться.

Слабая воля лишает войска устойчивости, что выражается многочислеными контр-приказаниями.

Твердая воля дает победу или выводит войска из положения, кажущегося совершенно безвыходным. Слабая воля ведет к неудачам и может закончиться общей гибелью.

Сражение не может считаться проигранным до тех пор, пока мысль об этом отсутствует в голове начальника. Вот почему создался афоризм:

"Лучше стадо баранов, предводимое львом, чем стадо львов, предводимое бараном".

Ум и воля должны быть y полководца в равновесии. По мнению Наполеона, если за основание взять характер (или волю, потому что она составляет главное основание характера), a за высоту ум, то построенный, таким образом, 4-угольник должен составлять квадрат; если же этого нет, то лучше отдать преимущество более длинному основанию, т. е. характеру, воле. К проявлениям воли относится самообладание, способность человека подчинить себе свой ум, чувства и даже страсти.

Результатом его является спокойствие, которое позволяет разобраться в полученных впечатлениях и принять надлежащее решение. Если самообладание необходимо всякому воину, то начальку в особенности, — без него нельзя руководить подчиненными.

При крайне ослабленной воле является трусость; трусливый человек не только не может подавить в себе инстинкт самосохранения и чувство страха, но влияет и на других. У объятого страхом замечается упадок энергии; забывая собственое достоинство, свои обязанности, человек стремится вырваться из обстановки, вызывающей страх, стремится убежать, скрыться, и вот тут-то энергия его увеличивается во всем, что касается уклонения от опасности.

Самые храбрые подвергаются страху.

Скобелев, в беседе с одним из друзей, сказал:

"Нет людей, которые не боялись бы смерти; a если тебе кто скажет, что не боится, — он лжет. И я точно также, не меньше других, боюсь смерти. Но есть люди, к-рые имеют достаточно силы воли, чтобы этого не показывать, тогда как другие не может удержаться и бегут перед страхом смерти. Я имею силу воли не показывать, что боюсь; но зато внутреняя борьба страшная, и она ежеминутно отражается на сердце".

Если страх распространится на толпу, то получает название паники, — явление в высокой степени опасное в военном деле. Армия вследствие прочной своей организации и дисциплины, является живым организмом, душевные силы которого работают нормально и планомерно. Однако, при некоторых условиях, она может превращаться в толпу; именно тогда и является паника.

Французский генерал Трошю пишет:

"Я видел значительное число случаев паники; некоторые из них имели ужасные последствия. A между тем, нет явления более частого на войне, о котором в военной истории менее всего говорится". "Во всех армиях, — добавляет Трошю, — были случаи паники; во всех армиях, могу сказать, они будут. Молодые войска, конечно, более им подвержены, чем войска обстрелянные; степень впечатлительности их характера тоже обусловливает панику, но ни одна часть войск", в известный час, не избегнет этой участи".

Мало кому известно, что во французских войсках случились паники в ночь перед Аустерлицким сражением, вечером после Ваграма, на следующий день после Сольферино. Во время революционных и Наполеоновских войн (1792—1815) насчитывается более 300 случаев серьезной паники, не считая мелких.

Официальное описание войны 1870—71 гг., вообще поступившееся истиной с целью восхваления немцев, избегает описания паник; но другие историки сделали такое дополнение впоследствии.

Официальное описание японской войны 1904—05 гг. описывает лишь панику 25 фвр. y Мукдена, a между тем, их было очень много в течение всей войны; y японцев паник было не меньше.

Французский писатель генерал Боасаль говорит:

"Паника, которая вдруг охватывает часть войск, имеет в основе большею частью лишь воображаемую и ничтожнную опасность. Но, чтобы она имела место, нужно, чтобы часть войск было перед этим сильно нравственно потрясена. В действительности, замечено во все времена, что паника чаще в конце боя или на следующий день после боя, чем в другие минуты".

Бой представляет весьма благоприятные условия для явлений массовой психологии. Людьми овладевает волнение, стрельба вследствие этого сильно портится и нисколько не походит на стрельбу мирн. времени; вот почему говорят, что на войне, чтобы убить человека, надо выпустить столько пуль, чтобы вес их равнялся весу убитого.

В прежнее время, при ружьях, заряжавшихся с дула, случалось, что стрелок не замечал осечки и заряжал ружье вновь; находили ружья с несколькими патронами в стволе.

При сближениях с противником волнение может переходить в страх, является упомянутое желание уклониться от боя; уходят под предлогом выноса раненых, другие без всякого предлога, и их невозможно вернуть, если они ускользнули из под влияния офицеров. Замечено, что оставление рядов происходит, гл. обр., в тыловых частях войск, находящихся пассивными под неприятельским огнем.

Отказ от боя отдельных людей может повести, наконец, к отказу от боя всей части.

Однако, перед тем, как наступит в войсках подобный кризис, они находятся в состоянии нерешительности, которое представляет самые благоприятные условия для внушения; опытные полководцы, знающие душу войск, пользуются этим иногда с большим успехом и страх превращают в храбрость.

Храбрость есть необычайно повышенная деятельность нервной системы, направляющая все силы человека к достижению намеченной цели, хотя бы ценою личной гибели. Для храброго человека опасностей не существует, ибо с таковыми он не считается.

"Ничто так не изменчиво, как храбрость, — говорит маршал Мориц Саксонский. — Истинное искусство начальника заключается в уменье освободить себя из-под влияния этих изменений посредством соответствующих распоряжений, выбора позиции и, наконец, посредством тех счастливых вдохновений (traits de lumière), которые составляют отличительную черту великих полководцев".

Храбрость и трусость находятся в человеке рядом. Войска, храбро дравшиеся несколько минут назад, постыдно бегут с поля сражения от какой-нибудь ничтожной случайности (Фридлинген, 1705). Войска, после нескольх неудачных попыток, проникнутые невозможностью разрешения поставленной им задачи и готовые уже дать тыл, наэлектризовываются личным примером началька в одно мгновение, бросаются вперед и с честью достигают цели.

Например, в 1809 г., при штурме Регенсбурга, когда французы делали неудачные попытки ворваться в крепость, Ланн схватил лестницу и бросился вперед с возгласом: "Vous allez voir que votre maréchal, tout maréchal qu'il est, n'a pas cessé d'être un grenadier".

Конде при Фрейбурге в 1644 г. бросил свой маршальский жезл в неприятельские укрепления, которыми французы до этой минуты не могли овладеть, и крикнул: "Allons, mes amis, il laut l'aller reprendre".

Суворов под Треббией: "Заманивай, заманивай".

Приведенных фактов достаточно для характеристики тех разнообразных колебаний, которым подвержено проявление нравственного элемента в войсках. Проявлять все положительные качества в критической обстановке на войне заставляет воинский долг; это чувство должно быть доведено в войне до высокой степени, потому что важность его видна из всего предыдущего.

Однако, следует иметь в виду, что должное есть только возможное, a потому не следует требовать от войск невозможного, дабы не подвергнуть чувство воинского долга опасному испытанию.

Великую роль в нравственном элементе играют чувства взаимнной выручки, принадлежности к армии вообще и к известной воинской части в особенности (честь военного мундира), воодушевление, энтузиазм (например, во время революционных войн или религиозное: крестоносцы, ислам, гуситские войны), уверенность в себе или чувство превосходства над противником, не переходящее, однако, в пренебрежение к нему, в ложное самомнение, любовь к отечеству, воинская дисциплина, честолюбие, жажда славы, наконец, военный дух.

Военный дух находится в тесной связи с воинственностью народа, которая создается чувством собственного достоинства, национальной гордостью, пылким стремлением к исполнению своего исторического назначения. Воину в отличие от наемника необходимо посвящение. Его цель помимо своей специфики не отличалается от цели любого другого посвящения - гармония, равнодействие экспансии и компрессии, центробежной и центростремительной силы.

Родина и отечество - разные понятия, любовь к родине и патриотизм - разные понятия. Можно обожать родину и ненавидеть очередных "отцов отечества".

Военный  дух обусловлен иерархическим устройством общества.Идентификация мужчины и воина вообще нелепа во враждебном человеку буржуазном обществе. В перспективах гуманности, мира и благоденствия предпочтителен лавочник, портной, извозчик, точнее, менеджер, дизайнер, драйвер."Земля у торговцев принципиально десакрализована", - справедливо утверждает Эрих Фромм. Пространство космических стихий для торговцев только дистанция между пунктами А и В. Если в старину они еще посещали попутные "святые места", сейчас им на это наплевать. Телесно они мужчины или женщины, но душа у них сирота - нет у нее ни небесного отца, ни матери-земли, а есть только "психическое содержание" - комплексы, фобии, либидо и т.п.

Какое огромное значение имеет для государтва воинственность народа, видно из событий наших дней. Чечня, всего 300 т. населения, расширила своё влияние и возведена на степень королевства; a РФ, имеющая 150 милл. жит., потеряла политическую самостаяльность и обращена в сырьевую провинцию субъектов мировой политики (petro -state).

Во время войны чувства войск часто бывают очень повышены. Если нервная система слишком раздражена или, обратно, слишком утомлена, то получаются раздражения, не соответствующие действительности, ведущие к иллюзиям и галлюцинациям.

История дает много примеров, когда экзальтированная толпа наблюдала одно и то же видение, массовые галлюцинации.

В ночь перед сражением под Грюнвальдом (1410 г.) славянская армия ясно наблюдала на диске месяца борьбу черного монаха с королем; монах был сброшен с луны, что и принято за благоприятное предзнаменование.

К массовым галлюцинациям можно отнести

  • видение крестоносцами рати, закованной в латы и нисходящей с неба под предводительством св. Георгия, Дмитрия и Теодора;
  • видение, во время штурма Иерусалима крестоносцами, светлого рыцаря на Елеонской горе, махающего крестом;
  • видение креста на небе с надписью "Сим победиши" Константину Великому и его свите перед началом решительной битвы с Максенцием;
  • видение небесной рати отрядом русских перед Куликовской битвой и мн. др.

Еще было указано важное значение характера, от которого зависит решительность, особенно для начальника. При успехе, заслуга признается не только за составителем плана действий, но, главным образом, за тем начальником, который энергично привел этот план в исполнение.

Человек сильного, твердого характера может эксплуатировать чужие познания на общую пользу, a бесхарактерный даже своими не воспользуется. Сильные характеры (Бонапарт, Суворов) умели вызывать y солдат в бою прямо нечеловеческие усилия. В бою человек с сильным характером владеет собой и производит благотворное влияние на окружающих.

Изменчивость и подвижность лица, окраска его или бледность, блеск и беспокойное движение глаз, звук голоса — все служит показателем душевного состояния, которое немедленно может передаваться окружающим.

Разные народы имеют разные характеры, с чертами, пригодными в разной степени для войны.

  • Белые народы обладают воинской доблестью в полной мере; проникнуты чувством долга во имя высших идеалов; военное искусство создали и усовершенствовали в пределах возможности.
  • Желтые отличаются преобладанием воли, но ум и чувства значительно ниже, чем y белых. В военном отношении желтая раса более фанатична, чем мужественна, более хитра, чем талантлива. Легко поддаваясь страстям и обладая низкой совестью, желтые на войне проявляют ненужную жестокость. Военное искусство желтых основано на подражании и лишено творчества.
  • У черных ум и чувства развиты гораздо менее, чем y других рас; воля не уступает воле желтых. В бою черные отличаются храбростью, но под гнетом сильного суеверия иногда легко поддаются панике.

Главное преимущество белых над цветными — в культуре и высоком состоянии военного искусства.

(Продолжение следует)

Index liborium:

  • Д-р М. Каитеано, Опыт военной психологии, индивидуальной и общей;
  • Фрейтаг Лоринггофен, Госп-во личности на войне;
  • Angelo Mosso, Страх;
  • Де Пик, Исследование боя в древние и новейшие времена;
  • Г.Лебон, Психология народов и масс ;
  • 3.Фрёйд, Психология масс и анализ человеческого "Я";
  • В.М.Бехтерев, Внушение и толпа ;
  • X.Ортега-и-Гассет, Восстание масс;
  • Т.Карлейль, "Герои, культ героев и героическое в истории";
  • Д-р Г. Е. Шумков, Психика бойцов во время сражения;
  • А. Зыков, Как и чем управляются люди;
  • Général Laudignac, Les réalités du combat;
  • Карл Густав Юнг, Аффект цивилизации
  • Карл Густав Юнг,Проблемы души нашего времени
  • Е.В.Головин, монографии
  • К.Лоренц, Агрессия
  • А.А. Свечин, Эволюция военного искусства: В 2 т.
  • Мишель Фуко "Пылающий разум"
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments