Nick 'Uhtomsky (hvac) wrote,
Nick 'Uhtomsky
hvac

Category:

Казацкие малороссийские войны -2

Пишет рав Меир, сын учителя рава Шмуэля из города Щебржешина (часть 1):

Высокомерные жестокосердные, сыны жестокосердных, лицемерные и двуличные (вот они прикидываются любящими вас, словно друзья детства, а в тайниках души они замышляют пролить вашу кровь и овладеть беспрепятственно всем, что принадлежит вам), православные в 5408 г. [1648 г.] сейчас же после кончины короля Владислава и до воцарения короля Казимира соединились с гнусным племенем татар . Так объединились опытные и отважные воины.

Вооруженные с головы до ног и самонадеянные, они — и присоединившиеся к ним землепашцы, жители деревень, — собрались под началом своего военачальника, низкорожденного Хмельницкого для того, чтобы истребить все живое, сохранить только для бесчестия жизнь и обратить в пустыню страну.

И вельмож Эдома охватило смятение, когда они услыхали, что все восстали и взбунтовались против своих господ. Тогда Потоцкий и его паны, собравши совет, порешили держаться дружно, не отступать друг от друга. И они опоясали свои чресла мечами. И два воинских стана стали один против другого.

По сравнению со станом Хмельницкого поляки были чрезвычайно малочисленны. И держали паны совет, как не потерпеть от врага позорного поражения. И они решили перейти в наступление против хвастливого неприятеля и, совершив на него внезапное нападение, обратить его в бегство.

Неприятель пошел на хитрости. Он подослал в стан панов лазутчиков, и они, прикинувшись поляками, стали подстрекать: “Кто сможет устоять против врага; ведь мы по сравнению с ними так малочисленны, давайте совершим на них внезапное нападение, — тогда, может быть, нам удастся нанести поражение”. Но паны не понимали, что все это уловка неприятеля, и не разгадали хитрого замысла врага.

И они атаковали стан православных, но те, сильно вооруженные, были наготове, так же как и татары. И поляки были окружены — с фронта татарами, а с тыла православными. И пали духом Потоцкий и его сотоварищи пред лицом ожесточенного неприятеля.

Взгляните на стан Эдома, окруженный тьмою православных и татар! Паны обратились в бегство через леса, многие пали убитыми, остальные, горько стеная, молили: “Берите нас в плен, но не убивайте нас, словно быков”.

Бессильные вельможи и начальники отдались во власть злодеев. Так рабы стали властвовать над своими господами. И подвергли они их жестоким и разнообразным пыткам. Враги так рассудили: православные заберут себе все добро и имущество панов, драгоценные камни и сокровища, а татары уведут их к себе в плен .

Когда евреи услыхали обо всех этих происшествиях, они собрались из тринадцати поселений — почтенные мужи, старики и молодежь, дети и женщины, девушки и юноши, раввины, канторы и сочинители книг — в двух укрепленных городах: Немирове и Тульчине.

Грабители, казаки и селяне стали объединяться в ватаги, и у них было одно намерение, один замысел: убить всех евреев. Но по свойственной им хитрости православные стали увещевать евреев: “Возвращайтесь по домам, мы поступим с вами милосердно”.

Но как только евреи возвратились по домам, сейчас же неприятель последовал за ними; отобрал у них все дорогое и ценное, что только смог разыскать в их домах, и раскапывая, в поисках кладов, полы комнат. Награбленным они наполняли все, что только было с ними, а когда уходили одни, сейчас же другие грабители приходили им на смену, и они говорили: “Дайте и нам, чем мы хуже тех, что только что ушли от вас”. Евреи отвечали: “Они уже взяли у нас все, что мы накопили за всю свою жизнь, ничего не оставили нам, кроме жилья, раздели нас донага, вплоть до рубашек, в которых вы нас видите”.

Но они не внимали их стенаниям, не прислушались к их молениям. Жестокосердные и неумолимые, они требовали от евреев скрытых кладов и подвергали их жесточайшим  пыткам, сдирали с живых кожу, замучивали до смерти. Господь да воздаст им за их злодейство!

Старцы, сочинители книг и их ученики, люди дела, раввины и канторы — все они пали жертвой неприятеля, простерли на резню свои выи и были убиты на святость имени . И также были убиты их сыновья и дочери, они также отдали свои жизни во славу Господа.

Остальные евреи, видя все это, поспешно бежали из города и спрятались на берегу реки. Но православные немедля погнались за ними и “налетели на них, словно орлы” . Ища спасения, евреи бросились в воду и утонули; войдя в воду, они из нее не вышли. Всего же в реке было найдено около шестисот погибших.

Было убито около трех тысяч душ праведных мучеников.  Милосердные, знатные и почтенные умерли, изможденные от ран, голода и жажды, и они валялись босые и нагие под палящими лучами солнца на перекрестках улиц. Так жестокая смерть выпала им всем на долю.

Один злодей-скорняк, исчадье преисподней, захотел убить нашего наставника гаона р. Иехиеля, сына гаона Элиезера. И тот не смог откупиться ни за какие деньги. Православный жестоко ударил его остро отточенной саблей и сказал: “отдай свои зарытые сокровища”. Раввин отвечал, что у него ничего не осталось. Но скорняк продолжал избивать раввина, и раввин был обезображен до неузнаваемости; и он слезно умолял убить его на еврейском кладбище, чтобы быть погребенным среди евреев. Злодей-скорняк (д. с. е. и.) сначала требовал и за это вознаграждения, но потом согласился исполнить мольбу раввина, который плакал таким слабым голосом, как женщина, изгоняемая мужем. Так, на кладбище был убит раввин ударом сабли. Господь, да отомстит за его кровь!

Злодеяния, совершенные православными, были неслыханны: в присутствии родителей насиловали дочерей, детей резали на груди их матерей; на глазах у мужей овладевали женами, у беременных женщин вспаривали животы. (Господь да спасет нас от руки врагов!). Невинных и безгрешных младенцев и малых детей живыми бросали в глубокие колодцы, и оттуда в продолжении нескольких дней были слышны их крики и стоны. Многие женщины изменили вере и вышли замуж за православных. Также и многие мужчины изменили завету, притворно крестившись, но в душе они оставались верны господу; и только они одни сохранили свои жизни.

Благочестивые же все были умерщвлены, и, с любовью подчиняясь приговору небес, простерли свои выи на резню. Лишь очень немногим удалось бежать в далекий город Тульчин. Но и там их ожидала погибель (о чем я потом поведаю со скорбью).

Город был разгромлен дотла. И все евреи, что находились в нем, были убиты, и по всему городу валялись груды трупов, отрубленные руки, ноги, головы, пальцы, ляжки и внутренности...

Проклятые жестокие разбойники, соединившись с селянами, входили в города и подвергали их полному разграблению. Разбойники захватывали себе золото, драгоценные камни, лучшую одежду и утварь, а все, что оставалось, — менее ценное добро, — забирали селяне. Враг подстерегал по всем углам, и стража стояла со всех четырех сторон, дабы ни один еврей не мог спастись; а напоследок в город приходили селяне, убивали и грабили всех оставшихся, поляков и евреев равно.

Когда православные овладевали городом, то, после того как они убивали евреев, ксендзов, панов, магнатов, начальников и защитников города, они поджигали молитвенные дома, а свитки торы и другие священные книги швыряли в грязь, словно камни. Пергаментами и свитками они обматывали свои ноги, как портянками, и подвязывали их ремнями от тефилин, а самые тефилины выбрасывали, а занавесы кивотов служили им пеленками для младенцев. Так осквернялись святыни.

Кто может счесть юношей и девушек, старцев и детей, мученически погибших в городах округи Немирова, в степи и в лесах, на перекрестках дорог, в пещерах и в горах!

А теперь я поведаю о бедствиях Тульчина. Там в крепости заперлось шестьсот мужественных панов, и к ним присоединились сбежавшиеся из разных мест две тысячи евреев, владеющие оружием, и они заключили между собой союз и поклялись стоять друг за друга. Паны находились в цитадели, а евреи защищали стены крепости, и во время приступа они так сильно стреляли, что трусливые православные  бежали. Паны и евреи бросились преследовать их и перебили множество врагов .

Но православные все время умножались в числе — на место сотен приходили десятки тысяч. И, словно коршуны, они издавали страшные вопли и подымали ужасный крик. И хотя они больше не подходили к стенам, защитники крепости уже не решались на вылазки, и паны, сидевшие в цитадели, были устрашены многочисленностью неприятеля, и они пали духом. И когда осада крепости затянулась, православные, учинив совет, порешили: “Для чего нам сидеть здесь под огнем, не лучше ли послать вельможным панам мирное предложение; пусть евреи, рассеянные среди народа, выкупят своим имуществом жизнь панов”. А главари поляков также учинили совет и рассудили: “Доколе будем подвергаться опасности и что общего между нами и евреями? Отдадим имущество евреев как выкуп за себя и отберем у них оружие, вызывая их к себе поодиночке”.

Евреи разгадали эту хитрость, поняли, что православные пошли на вероломную уловку, чтобы отнять у них и имущество их и жизнь, и евреи решили постоять за себя и перебить всех панов в отомщение за предательство. И евреи вооружились. Но местный раввин стал мудро уговаривать и увещевать их. Он говорил: “Не убивайте панов. Когда весть об этом разнесется по Польше, против евреев ополчатся все князья Эдома и они вместе с православными перебьют всех братьев наших, что в изгнании. Отдайте нашу земную жизнь за святость Имени, а наше добро православным — и заслужим вечное блаженство. А, может быть, они смилостивятся над нами, нашими женами, детьми и младенцами. Но если мы за свои прегрешения заслужили смерть, то да примем с любовью приговор”.

Православные сейчас же вошли в крепость, и начальник католиков князь Четвертинский приказал евреям сложить во дворе все свои драгоценности, что евреи и сделали с разбитыми сердцами, взывая к милосердию небес. И евреи были все взяты под стражу, и, горько плача и стеная, они спрашивали друг друга: “Кто знает, какова будет наша судьба и сдержат ли поляки свое обещание”. И вот на третий день явились злодеи. И вокруг все покрылось, словно тучей. С черными знаменами, вооруженные ружьями, саблями, пиками и кинжалами, оглашая воздух дикими криками, они напали на изможденных, слабых и обессиленных евреев и стали убивать их стариков и юношей, отцов и детей острыми саблями. И чтоб не видеть, как убивают их сыновей, родители падали навзничь на землю. И сыновья возопили к небесам. Злодеи возвестили: всякий, кто изменит своей вере и примет православие, будет оставлен в живых. И иначе они будут убиты так же, как и их родители. Но евреи, прославляя небеса, предпочли смерть. А злодеи радостными криками приветствовали этот великий день резни. Так на улицах и площадях города были зарезаны сотни детей и младенцев, юношей и девушек, а также и тысяча пятьсот взрослых мучеников. А некоторые валялись живыми среди трупов, исколотые, изможденные голодом и жаждой; в них еле держалась душа. Обходя жертвы резни, православные сказали: все оставшиеся в живых, подымайтесь и отправляйтесь в город и не оставайтесь здесь в крепости, потому что мы ее подожжем. И вот поднялись мужчины, а за ними много женщин и потащились обессиленные и раненные, нищие и обездоленные в город. И они слышали, как злодеи торжествуют и веселятся под звуки музыки и танцев. А паны в это время выпивали горькую чашу возмездия.

Православные послали панам в крепость гонцов с предложением отдать все добро, угрожая в противном случае предать их всех смерти. Они говорили: “Мы поступаем с вами точно так же, как вы поступили с евреями. И это будет вам возмездием. Евреи заключили с вами союз, вместе с вами обороняли крепость, и они много раз спасали вас. Но вы предали их, и евреев убивали на наших глазах. А теперь мы и вас перебьем”. Паны решили защищаться и приготовились к бою. Но православные явились в несметном числе, и им удалось, благодаря хитрости, поджечь крепость. И поднялось пламя до небес. Крепость была разрушена до основания, паны были осуждены на погибель. И полчища православных набросились на панов и их близких и перебили их. Князя Четвертинского и его жену перед смертью они подвергли, по своему обыкновению, пыткам. На их глазах были изнасилованы две их дочери; а потом была обесчещена и княгиня. А князю они с величайшей жестокостью отпилили голову.

Оттуда, торжествуя свою победу, православные направились в св. общину Бар. Здесь, в этом укрепленном городе, находились паны, и они, совместно с евреями, не давали неприятелю подступить к городу. И город был закрыт со всех сторон, но православные жители города открыли неприятелю тайный проход, через который он внезапно ночью проник в город. И в наступившем смятении было перебито множество. Народ бросился в поисках спасения в прославленную и сильную цитадель, обнесенную валами и окруженную рвом. Внутри цитадели находились женщины и дети, а мужчины расположились на валах.

Неприятель окружил крепость со всех сторон и насыпал вблизи самой крепости еще более сильный вал. Защитники крепости пали духом, а евреи взмолились к небесам, но не было спасения от напасти. И захватили осаждающие крепость и стали избивать панов всевозможными, самыми удивительными способами, насиловали прекрасных панок, вспарывали животы беременным женщинам, как ягнятам, подвергали старух свирепым пыткам. А евреев — ничтожных и именитых равно — они согнали в одно место. И жизнь их висела перед ними. И они полунагие, с ослабевшими телами и с угнетенным духом, подняв очи к небесам, безмолвно плакали и шептали молитвы. И явился к ним один злодей из вражеского стана, и лицо у него было воистину дьявольское, и он был вооружен пикой. И он был один, но полчища православных были тут же подле него. А евреи остались на месте, исповедуясь в своих грехах. И злодей своей пикой начал избивать евреев. Он перебил сотни людей, а многие падали израненные и исколотые, и их потом топтали всадники копытами лошадей; и бунтовщики, желая убедиться, что все мученики умерли, обходили трупы, кололи их пиками, и они добивали всех тех, кто издавал стон.

Жестокие гайдуки  требовали у евреев всякого провианта, и когда евреи отвечали, что у них все отобрано православными, что они остались нагими и нищими, они брали еврейских младенцев и детей и на глазах у матерей варили их и жарили на копьях, словно на вертеле. И родители садились на землю , оплакивая своих детей. Злодеи по пути в Бар перебили бесчисленное множество не успевших добраться до укрепленных городов и лежащих нищими и обездоленными в полях, как снопы после жатвы. Евреи же, жившие в разрушенном городе Бар, валялись на улицах, плавали в крови, а многие сотни их укрылись в синагоге, и они нашли свою гибель в этом месте, столь ненавидимом злодеями. Синагога была разрушена дотла, и все находившиеся в ней погибли.

Многие евреи бежали и укрылись в св. общине Полонное, которая была укреплена лучше, чем Бар, и там собралось также много панов, спасавшихся от меча православных. И к городу прошли бунтовщики, они хотели захватить город и перебить всех находившихся в нем.

Но евреи, укрывшиеся в Полонном, были мужественны; они знали военное дело, и они, стоя у стен крепости с ее внешней стороны, храбро защищались от бунтовщиков, в которых стреляли также и паны. И бунтовщики увидели, что они ничего не смогут сделать. Но им пришла на помощь измена православных жителей города. Православные горожане давно таили ненависть к евреям, и они, учинив между собою совет, быстро порешили перебить стражу у ворот и защитников крепости для того, чтобы впустить в город бунтовщиков. И гнусные изменники, православные горожане, напали на защитников города, и бунтовщики, что стояли под городом, ворвались в него, перебили безжалостно всех — и старых и молодых, — а потом подожгли город. Да падет возмездие на головы поджигателей!

Наступил мрачный день, все покрылось облаками; страх, ужас и смятение охватили всех, когда неприятель ворвался в Полонное. Евреи были перебиты тысячами — юноши и девушки, седовласые старики и мальчики, — кровь переливалась через окошки домов. Проклятые бунтовщики, убивая еврейских детей, предварительно ощупывали их, словно ягнят и телят, чтобы узнать, жирны и здоровы ли они, а потом они осматривали их внутренности, устанавливали — подражая еврейским обычаям, — что мясо кошерное, резали их на куски и продавали, как говядину.

Подобных злодеяний, как в этот год, не совершалось со дня сотворения мира. По городам и деревням, полям и виноградникам убивали католиков и племя, живущее обособленно от всех народов .

В Гомеле укрывалось множество евреев, и они были охвачены смертельным страхом, и слышались над городом стенание и плач, и несчастное племя, заброшенное в чужую землю, возносило свои молитвы к небесам. А бунтовщики между тем подкупили начальника города с тем, чтобы он выдал семя Израилево и все их богатства. И злодей-начальник с поспешностью согласился на все, к великой радости и торжеству православных, и ужас, словно тлеющие угли, обжег сердца евреев. С обнаженными саблями и пиками окружали православные со всех сторон евреев, и они сказали: “Почему вы еще верите в Бога, который не спасет вас от смерти, в грозный час не внемлет вашим молитвам, который отвернулся от своего осужденного народа? Измените ему и вы станете господами”. И еще говорили наглецы: “Смотрите, ваш Бог молчит. Мы разоряем и уничтожаем вас, а он вас не спасает. А изменившие ему все остались  невредимы и целы. Если вы будете держаться своей веры, вы все погибнете, как погибли ваши братья на Украине, По-кутьи и в Литве; там были перебиты сотни тысяч; и в живых никто не был оставлен. Где же обещание царя вашего и Бога, что он не нарушит союза, заключенного с вами?”. И воскликнул тамошний раввин р. Элиезер: “Братья, подобно нашим братьям, отдадим свои жизни за святость имени и своей смертью заслужим вечную жизнь”. И он сам, подавая пример, первый отдал себя на смерть...

Убеленные сединой старцы и подростки, девушки и юноши, они слышали, как, несмотря на ужасные пытки и страшные мучения, которым подвергался раввин, он продолжал увещевать их погибнуть за святость имени. И, преисполненные благочестия, они в один голос отвечали: “учитель наш и наставник, мы отдаем себя на смерть, может быть, этим мы искупим свои прегрешения”. Испросив прощение друг у друга, они сказали злодеям: “Совершайте свое дело и поступайте с нами так, как вам заблагорассудится, но мы не примем вашей веры...”. И злодеи стали избивать евреев палками (для того, чтобы они не сразу умерли). Трупы громоздились кучами, но их не предали земле, и они стали пищей собак и свиней, и иссохшие кости, руки и ноги валялись по улицам. Спасшиеся от меча, израненные и ослабевшие бродили по полям, и они погибали от холода и становились добычей волков. А малые дети, оставшиеся сиротами, бродили по улицам, словно стадо без пастуха, искали тела своих родителей и видели, как те, плавая в крови, корчились в предсмертных муках. А евреи, прятавшиеся в пещерах, расщелинах скал и оврагах, изнемогая от голода и жажды, сами отдавались в руки злодеев. И те ужасными пытками замучивали их до смерти. И они оставили в живых — себе в утеху, для блуда и разврата — только красивых молодых женщин и девушек .

Разбойники, оставшиеся в Литве, продолжали грабить до последнего гроша и убивать евреев. А оттуда вершители злодейских дел отправились в Стародуб, где они действовали безудержно, словно звери, и перебили множество евреев. Также и в Чернигове и в св. общине Брагин были подвергнуты всевозможным пыткам и убиты очень многие, и погибло тогда вообще в той стране несчетное число евреев. Жители многих городов скрылись в Гродно, а другие в Вильно, жители которой оставались на месте. Всех бедствий невозможно перечислить. Жители св. общины Пинск, бежав из города, обещали горожанам-неевреям ценные подарки,  если те будут следить, чтобы бунтовщики не подожгли еврейскую улицу, не разорили синагоги и молельни. И когда неприятель пришел в город, он пощадил только православных, а множество бедных и нищих евреев, не смогших по недостатку средств бежать , было погребено самыми мучительными способами. Когда паны и храбрые воины узнали об этом, они окружили город, занятый бунтовщиками, и подожгли его со всех четырех концов; бунтовщики, ища спасения, бросились к лодкам и кораблям, но паны топили их, пускали ко дну; многие нашли свою гибель в огне. Так князь Радзивилл и военачальники отомстили бунтовщикам и сожгли город дотла.

Также и в округе Пинска на протяжении многих верст евреи подвергались насилиям со стороны неприятеля. А жители св. общины столичного города Брест разбежались в разные стороны; бежал также и раввин, а оставшиеся в городе евреи охраняли синагоги и молельные дома. И когда пришел неприятель, они были подвергнуты жесточайшим пыткам; женщины и малые дети были перебиты, святилища разорены, дома все разрушены до основания. В запустении развалились врата города и обезлюдел край . Да воздаст им Господь по заслугам!

В св. общине Владава укрывались тысячи евреев, но неприятель налетел на них, как коршун, и перебил множество — почти десять тысяч душ. И так в Литве, по которой проходил неприятель, были разрушены сотни городов и деревень, также и в Заднепровье были разорены бесчисленные общины; сожжены, жесточайше перебиты, подвергнуты мучительным пыткам тысячи евреев, а многие были заживо погребены.

В св. общине Борисполь было перебито множество евреев, а их дети зарезаны, как ягнята; св. община Переяслав несколько раз испивала от чаши горечи, в смятении евреи бежали в св. общину Борисовка. Но бунтовщики пришли туда; они убили множество евреев, зарезали их младенцев, а над теми евреями, что остались в живых, неевреи, знавшие их, сжалились и возвратили их домой в Переяслав, где они оставались взаперти, словно заключенные, в своих домах, ибо они боялись показаться на глаза бунтовщикам; и вечером они не ведали, что принесет им утро, а утром — что сулит им вечер .

В св. общине Пирятин, также, как и в Лубнах, злодеи учинили великое избиение, а город обратили в развалины. Лубенского раввина, которому были открыты многие тайнства  торы, они обвили свитками пятикнижья и сожгли; многие почтенные жители были убиты на кладбище. В Покутье и Подляшье  были разорены сотни городов, городков и деревень, перечислить я все не в силах, и там были убиты и замучены за святость имени десятки тысяч евреев...

Евреи из прославленной своими учеными и писателями, благочестивыми и почтенными жителями св. общины Острог, столицы Руси, порешили не медля, не откладывая на следующий день, бежать в Польшу. И община бежала, побросав все свое имущество и добро. Но многие из слабости и дряхлости не смогли бежать, и они остались, исполненные скорби и стеная. Бунтовщики явились так скоро, словно они прилетели на крыльях орлиных, и они договорились с горожанами, присоединившимися к ним, и они сообща убили всех оставшихся евреев, подвергая их жестоким мучениям. И так была разрушена св. община. Синагога была обращена в конюшню; в домах выламывали окна и двери, ломали всю утварь, в поисках зарытых сокровищ выкапывали ямы; каменные дома оставались стоять без крыш, окон, дверей, печей, а деревянные дома были сожжены после того, как было разграблено все находившееся в них. Потом были разрушены все окрестные города, которым нет числа. К бунтовщикам, разграбившим Немиров, присоединилось громадное число селян, и они убивали евреев, где бы ни встретили их, никого не оставляя в живых.

livejournal Теги:
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments