March 19th, 2008

Семь смертных грехов (способных окончательно погубить душу)

  1. ira -гнев и  odium - ненависть
  2. superbia -гордыня, или тщеславие , погоня за суетной славой (vaine gloire), в поисках почестей (Jos) и наград (pris); жажда снискать людскую похвалу; несправедливые подати и поборы, которыми властители ("большие", majores)  вводят в отчаяние своих подданных ("малых", minores).
  3. luxuria -сладострастие, желание понравиться бесстыдным женщинам, растрачивание в неразумной щедрости (fole largece) на них денег
  4. acedia vel trisutia - печаль и скорбь, уныние, лень
  5. gastrimargia - чревоугодие ,обжорство, когда  проматывают достояния бедняков, предаваясь излишествам застолья.
  6. avaritia vel rapina - корыстолюбие
  7. invidia - зависть

Немецкий инквизитор П. Бинсфельд (1589) составил классификацию демонов, дифференцируя их по 7 категориям греха, характерным для человека: Люцифер олицетворял гордыню, Маммона — алчность, Асмодей — разврат, Сатана — гнев, Вельзевул — обжорство, Левиафан — зависть, Бельфегор — праздность.

Грехи, присущие именно воинам (вellatores): гордыня (или тщеславие), гневливость и свойственная им форма корыстолюбия — грабеж. Вellatores не только впадают в грех, присущий всем категориям людей, — грех сладострастия, но и выставляют напоказ пороки, отличающие другие общественные группы: зависть — порок крестьян и бедняков, скорбь — монашеский грех, корыстолюбие — грех горожан и торговцев, чревоугодие — грех клириков. Семиступенчатая греховная последовательность.

Collapse ) Картина Семь смертных грехов изначально представляла собой крышку стола. В семи секторах центральной круглой композиции мы видим живые сценки, демонстрирующие разные грехи: Гордыню, Скупость, Похоть, Гнев, Обжорство, Зависть, Уныние, по углам же представлены "четыре последние вещи", т. е. пределы человеческого бытия: Ад, Рай, Страшный Суд, Смерть. В самом центре круга, как бы в зрачке глаза, — Христос Страстотерпец. Таким образом, в весьма небольшом произведении контрастно сведено великое и малое, бытовые анекдоты вправлены в космически всеохватную систему.</p>

Cавл Тарсиянин

  Согласно Новому завету, Савл Тарсиянин ( из города Тарса в Малой Азии) направлялся во главе вооруженного оторяда в Дамаск, чтобы усмирить там христиан.Неожиданно он услышал голос Христа: "Савл!Савл! Что ты гонишь меня? пораженный Савл упал на землю и услышал повеление господа: "...встань и иди в город, и сказанобудет тебе, что тебе надобно делать..."."Савл встал с земли и с открытыми глазами никого не видел".

Это событие перевернуло всю жизнь Савла: он принял крещение и стал основоположником новой веры - "христианства" - апостолом Павлом.

Collapse )

Водка

Душит возмущение и одолевает гадливость при виде суррогатов — подделок под водку, на полках магазинов сегодня. Мерзавцам отдали на откуп производство национального напитка.

А как  и какую  водку продавали  в России?

Продажа водки была царской монополией. Специальные казенные винные лавки - "казенки" - помещались на тихих улицах, вдали от церквей и учебных заведений. Так того требовали полицейские правила. Эти лавки имели вид непритязательный, обычно в первом этаже частного дома. Над дверью небольшая вывеска зеленого цвета с государственным гербом: двуглавым орлом и надписью "Казенная винная лавка". Внутри лавки - перегородка почти до потолка, по грудь деревянная, а выше проволочная сетка и два окошечка.

Два сорта водки - с белой и красной головкой. Бутылка водки высшего сорта с "белой головкой", очищенная, стоила 60 копеек, с "красной головкой" - 40.

Продавались бутылки емкостью четверть ведра - "четверти", в плетеной щепной корзине. Полбутылки называлась "сороковка", т. е. сороковая часть ведра, сотая часть ведра - "сотка", двухсотая - "мерзавчик". С посудой он стоил шесть копеек: 4 копейки водка и 2 копейки посуда.
В лавках "сидельцами" назначались вдовы мелких чиновников, офицеров. "Сиделец" принимал деньги и продавал почтовые и гербовые марки, гербовую бумагу, игральные карты.

Вино подавал в другом окошечке здоровенный "дядька", который мог утихомирить любого буяна. В лавке было тихо, зато рядом на улице царило оживление: стояли подводы, около них извозчики, любители выпить. Купив посудинку с красной головкой - подешевле, они тут же сбивали сургуч с головки, легонько ударяя ею о стену. Вся штукатурка около дверей была в красных кружках. Затем ударом о ладонь вышибалась пробка, выпивали из горлышка, закусывали или принесенным с собой, или покупали здесь же у стоящих баб горячую картошку, огурец. В крепкие морозы оживление у "казенок" было значительно большее. Колоритными фигурами были бабы в толстых юбках, сидящие на чугунах с горячей картошкой, заменяя собою термос и одновременно греясь в трескучий мороз. Полицейские разгоняли эту компанию от винных лавок, но особенного рвения не проявляли, так как получали угощение от завсегдатаев "казенки".

Сitato loco : Засосов Д.А., Пызин В.И. Из жизни Петербурга 1890-1910-х годов

livejournal Теги:

О русском национальном государстве

О военных в столице

Глубокий отпечаток на внешний облик города, его жизнь и быт накладывало то обстоятельство, что в Петербурге стояла гвардия, другие военные части, было много военных учреждений и военных учебных заведений. Гвардия считалась опорой престола, красой и гордостью империи. В наше время, после 1905 года, эта опора стала призрачной. Меркла и в наших глазах краса армии, которой любовались, но и верили в ее боевую готовность. Еще в 1904 году мы были вовлечены в общий, всех захлестнувший патриотический подъем в связи с начавшейся в январе войной с Японией. Поддавшись общему легкомысленному настроению, мы не сомневались в успешном разгроме маленькой, казавшейся беспомощной Японии: "Шапками закидаем!" Все вдруг обернулось трагически: гибель "Варяга" и "Корейца" в самом начале войны; уже в марте подрыв на мине броненосца "Петропавловск" со всеми уважаемым адмиралом Макаровым; неудачные выступления нового генерала Куропаткина: "Терпение, господа, терпение!" - и последующая сдача Порт-Артура; разгром в мае эскадры под командованием Рожественского, затем проигранное сражение под Мукденом в феврале 1905 года и, наконец, поспешный, невыгодный для нас, Портсмутский мир. Все это повергло нас в смятение, и возник вопрос: соответствует ли блестящий вид армии задачам военной подготовки?Collapse )

Рестораны

Как столица утоляла голод вне дома

С одной стороны, фешенебельные рестораны, с другой - чайные, всякого рода закусочные, где торговали дешевой снедью. Каких только ресторанов не было!

Collapse )