Nick 'Uhtomsky (hvac) wrote,
Nick 'Uhtomsky
hvac

Categories:

По существу оккупационного режима.Те самые плохие парни из России...

 

 Звук: 9.0Mb (35:54с)

26 Ноябрь 2007

Сергей Доренко

Родился 18 октября 1959 года. Место рождения - город Керчь. Образование высшее (в 1982 году закончил Университет дружбы народов). На телевидении с 1 апреля 1985 года. Экс-руководитель информационного вещания канала ОРТ. С неоднократными перерывами ведущий программы "Время". В настоящее время независимый журналист.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: «Эхо Москвы», RTVi, программа «Особое мнение», Сергей Доренко в студии. Добрый вечер.
С.ДОРЕНКО: Добрый вечер.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: К понедельнику суды рассмотрели 12 дел в отношении задержанных лиц, 8 из них получили от трех до пяти суток ареста, еще четверо были оштрафованы. Всего в суды было направлено 51 дело на задержанных «Марша несогласных». Мы знаем, что Каспаров сидит, и Рыжков к нему ходил, но не пустили. Иски, и так далее. Я сейчас не об этом. Я вот о чем. Там же не 15 суток дали, а пять, и вот критики этого «Марша несогласных» и те люди, должностные лица, которые оправдывают подобные приговоры, они говорят – «Было договорено на одно, а вы пошли. Вот почему вы пошли? Ведь договорились же, а вы нарушили, поэтому, извините, но пять суток посидите – не будете нарушать».
С.ДОРЕНКО: Ну, разбирательство было не очень объективным, потому что когда люд описывают, очевидцы, это российские граждане, не какие-то там отвратительные наветчики, а наши, такие ж как мы российские граждане описывают, как они слышали команду в рацию громкую «Взять Каспарова» и пошли клином, разбили группу журналистов, ворвались в группу журналистов, схватили Каспарова, он в этот момент ни к чему не призывал, ничего вообще не говорил милиционерам, да они и не слушали. Ну, то есть понятно, это, конечно, все подстава. Но я хочу сказать, что…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Зачем это?
С.ДОРЕНКО: Это для того, чтобы его изолировать на предвыборной неделе, чтобы его не было в эту неделю.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я для радиослушателей говорю – я развел руками: чего его, ну изолирую его, не изолируй – что он, господи? Еще даст одно интервью «New Times» - ну что?
С.ДОРЕНКО: Ну вот. Нет. Вообще, надо сказать, если уж со всей откровенностью говорить, сделав шаг в сторону, хотя я, конечно, на стороне спонтанных масс всегда, - сделав шаг в сторону, следует сказать, что все добились того, чего хотели. Власть хотела показать свою жесткость и сплотить себя очередной жесткостью, а это же сплачивает и дисциплинку повышает среди генералитета – кто выполнил как бы… и добилась своей цели. Для Несогласных это, безусловно, тоже большое, огромное достижение – такое крещение Каспарова, важное крещение, потому что Лимонов два года сидел, Каспаров вот пока был шахматист, весь в охране, весь на элитном джипе, и для него это тоже важное крещение и обращает внимание на зверства власти, чего он тоже добивается. Таким образом, все стороны добились того, чего хотели. Случайно или закономерно, но так получилось.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мда… Следующий нюанс этой же истории: США, Германия, Франция, Евросоюз, Еврокомиссия осудили арест Каспарова, считают неправильным подавление и так далее. Ответ президента Путина – заявление, что США оказывают давление на ОБСЕ, это по поводу визита наблюдателей, - такой, показательный: то есть Каспарова он вообще не видит, это такое, не президентское дело, но вот такая жесткая риторика… кроме того, обращу внимание – не знаю, видел ли ты, но мне рассказали о двух фантастических таких передачах, которые были показаны в день «Марша несогласных» - не помню, когда это – вчера или когда, - по Первому каналу и по России, где, так сказать, профессионально показывали про деньги, что вот оппозиция…
С.ДОРЕНКО: Кто же, кто же это?
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, ну там были названы, естественно, Лимонов, естественно, Каспаров, и так далее. И вот было уже как бы сказано – «Вот это враги». Естественно, фильмы или передачи были направлены и против неправительственных организаций, которые берут деньги… ну, то есть «шакалят»…
С.ДОРЕНКО: А, шакалят у посольств, да.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть да, вот такая вот какая-то кампания такая. Вот это зачем? Поможет она выборам?
С.ДОРЕНКО: Ну, это кампания помогает русскому изоляционизму, который нарастает сам по себе от разочарования в Западе, вызванного опытом 90-х годов, вполне печальным, когда мы с распростертыми объятиями бросились на Запад, надеясь, что братья наши обнимут нас и прослезятся, а оказалось, что они, собственно говоря, если не шакалы, то волки, и они вошли сюда вовсе не как друзья и воспользовались нашей слабостью. Поэтому изоляционизм русских связан с этой обидой и вполне закономерен, и Путин его эксплуатирует. Что же касается отношения Запада и Путина нынешнего, нового – от братания и целования постоянного к процеживанию таких угроз постоянных, - тоже вполне закономерно, на мой взгляд. Западу это вполне нравится – держать плохого парня здесь. Плохой парень делает для них главное – обеспечивает транзит и поставляет газ, нефть и металлы. Вот и все.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Лес.
С.ДОРЕНКО: Лес. Ну да, плохой парень делает нужное дело. Плохой парень их вполне устраивает. Но только им нужна новая парадигма отношений, новый стиль, новая эстетика, если угодно, отношений, в которой этот парень раньше был хороший, а сейчас они посмотрели – в общем, плохим быть почти так же выгодно. Но основные принципиальные вещи остались те же самые, что и были: деньги на Западе, судьба на Западе у нашей правящей верхушки, у всей. Ничего не изменилось. Просто теперь они там плохие парни. Те самые плохие парни из России. А все так же.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну вот это, кстати, твой вечный разговор, и твой, и госпожи Латыниной – о том, что будущее у нашей правящей элиты на Западе, что там все, и они готовятся свалить… как-то там, еще есть слова какие-то блатные.
С.ДОРЕНКО: Я не знаю блатных слов.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А где доказательства всего этого? Где доказательство этой истории?
С.ДОРЕНКО: Ну вот поверь мне…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот я себе представляю – если б ребята имели деньги на Западе… то есть, не знаю, может, это так круто сделано все, но я себе представляю – это было бы поднято оппозицией на штыки невероятно. 30 секунд у тебя на ответ.
С.ДОРЕНКО: Нет, там все закрыто оффшорами очень грамотно, и оппозиция не может ничего поднять на штыки. Это знают все. Это знают точно все. Это знает ЦРУ и все остальные. И номера счетов знают, и кто стоит бенефициаром за каждой фирмой, но фактически – принести тебе бумажку с печатью и подписью я не могу.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сергей Доренко через полторы минуты.
РЕКЛАМА
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сергей Доренко в программе «Особое мнение». Будем дальше говорить об этом. Мы все ближе к выборам. Еще одна ситуация, которая…
С.ДОРЕНКО: Мы с тобой уже после выборов встретимся.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да-да, и будем поздравлять друг друга. Еще одна ситуация, на которую разные люди глядят с разных сторон. Вот сегодня фонд «Общественное мнение» опубликовал очередной прогноз – там все грамотно: полторы тысячи человек из множества регионов, «Единая Россия» - 63, КПРФ – 10, ЛДПР – 9, «Справедливая Россия» - 7-8, а либералы – там что-то 1-2%, не в том суть. Суть в том, что критики говорят, что это не опрос, а это указание для региональных лидеров и для определенных структур…
С.ДОРЕНКО: Способ сообщения, да? инструкция.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, способ сообщения, как должно быть. Ну и вот, как-то я не понимаю, как к этому относиться.
С.ДОРЕНКО: Ну, я-то понимаю, как к этому относиться, но я думаю, что не эти опросы – инструкция. Есть другие опросы – закрытые. Дело в том, что никто не верит опросам даже среди опрашивающих, поэтому ведутся еще закрытые опросы, которые проводит ФСБ, специальные социологические службы, ведутся еще закрытые опросы, которые проводят несколько иных институтов, мы знаем, которые, например, на прошлых выборах – РЖД проводило, еще до Якунина, при Алексашеньке, свои опросы, и… ой, чего я говорю – при Алексашеньке… как же его звали-то? забыл уже. Видишь, пропал человек – и нет человека. Ну вот. И так или иначе опросов сейчас проводится, видимая часть айсберга – то, что мы видим, - еще 20 службами непрерывно. На самом деле, конструкция есть жесткая, по которой проходит всего одна партия. Жесткая конструкция – проходит только «Единая Россия».
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это конструкция чего?
С.ДОРЕНКО: Это конструкция… ну вот Чуров приедет расскажет – это конструкция выборов. То, что я слышал от политтехнологов, близких к Кремлю. Первая жесткая конструкция – проходит одна партия «Единая Россия». И вторая, поскольку наш закон так устроен, что должно быть в парламенте обязательно две партии, - вторая, максимально близко подошедшая к 7%, проходит, но ты понимаешь, какой у нее уже вес. Вес никакой. То есть в ближайшие 4 года говорят – «А вы, товарищи политические бастарды, мы с вами вообще не хотим разговаривать, потому что вас благодаря закону вытянули вот так. Вы вообще не прошли 7% - идите вон!» То есть с ними разговор всегда короткий. Им натягивают как бы 7% за счет закона. Вторая конструкция – это проходит 2-3 партии. То есть «Единая Россия» и коммунисты, ЛДПР или Сергей Миронов. Тут идет аппаратная большая борьба, большая война, потому что Сергей Миронов – человек, не принятый в ряде кабинетов Кремля. Поэтому ему создать ситуацию, при которой его пропустят, очень тяжело, нереально тяжело, и пока, я должен сказать, я сейчас тоже езжу по регионам – я вижу, что губернаторы скорее расположены его бить, Сергея Миронова не пускать.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А зачем ты ездишь по регионам?
С.ДОРЕНКО: Я вчера был в Туле…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А зачем?
С.ДОРЕНКО: В Туле я был, чтобы помочь штабу коммунистов записать ролик…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, по партийным делам.
С.ДОРЕНКО: Да-да, абсолютно. Помогал ребятам, да. Вот. И ты знаешь, я понял – я встречался с прессой, пресс-конференция и все такое – Матвей, я увидел, что люди оживают, глазом оживают, журналисты, заряженные журналисты, которые знают, что писать, - люди оживают, когда что-то о Миронове. У них есть задание – Миронова не пускать. И из этого я делаю вывод, что это задание, спущенное из Москвы.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот Ирина пишет из США – она будет голосовать в Соединенных Штатах в посольстве, в консульстве. Она пишет: «Как голосовать? Народ не праздный…», а вот дальше обрати внимание на одну фразу: «Нам сказали, что в России чуть ли не камеры установлены в выборных кабинах проверять, как голосуют…» Не-не, я понимаю…
С.ДОРЕНКО: Представляешь себе, да? многие так думают.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот слух идет впереди события. И если ты обратишь внимание, то две вещи характеризуют эту предвыборную кампанию – непонятно, то ли выборы в ГД, то ли этот плебисцит легендарный. Первое – это предрешенность финала.
С.ДОРЕНКО: А выборы уже состоялись, да. Они действительно состоялись.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Первый у меня вопрос к тебе. Все-таки выборы состоялись или не состоялись?
С.ДОРЕНКО: Состоялись, да. Я приехал в Тулу и увидел, что состоялись. В Москве тоже состоялись. Видно.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Почему?
С.ДОРЕНКО: Потому что нет пространства для рассуждений. То есть ты видишь, что нет ни одного забора в Туле, например…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но есть самоощущение человека, который может решить поступать не так, а иначе.
С.ДОРЕНКО: Нет. Мы тщательно изолированы от участия в истории. И люди, которые участвуют в истории, например, нацболы, которые пытаются делать историю, они проводят время сейчас в обезьянниках.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А мне кажется, что все-таки субъект истории… ты все время говоришь, что субъект политики – это Путин у нас, это вот такой тезис, еще другие тезисы… а мне кажется, что субъект истории – это все-таки граждане. Даже в отсутствие гражданского общества.
С.ДОРЕНКО: Это случается. Случается, что граждане – субъект истории.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ты хочешь, что пропаганды сделала свое, и все пойдут ровно так голосовать, как они видят на заборе? Ну это, по-моему, какое-то упрощение.
С.ДОРЕНКО: Ну давай 3-го мы встретимся, и ты увидишь, что это не упрощение.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, просто объясни – ты идешь, перед тобой забор, на нем написано, например, как надо проголосовать. Сережа, есть у тебя согласие, а есть у тебя несогласие. Ты можешь поступать так или иначе.
С.ДОРЕНКО: Значит, сама сложная система мотивации – когда человеку объяснили, что все, кто против, - это наверняка враги, желающие зла России. Тут выбрать уже очень трудно становиться. Понимаешь? Но там есть разная мотивация. Есть люди, которые… вообще русский человек простодушен и честен. Если ему партия в деревне какой-то или в маленьком городке действительно фактически сказала, что заасфальтируют улицу, и действительно фактически ее асфальтируют вот сейчас и пахнет теплым асфальтом, они не спрашивают, что это деньги все равно из бюджета, что не из какой не из партии эти деньги, что они все равно обязаны были заасфальтировать. Понимаешь, они честно говорят, к бабушкам приходят наши коммунисты, когда успел до них кто-то другой забежать, представляешь? И бабушке говорит – «Напиши, в поддержку надо подписаться». Она говорит – «А я за других уже подписалась». Бабушка, которая юридически может подписаться за всех вместе взятых, за каждого в отдельности, она за себя честна, что она уже за других – пусть за банку консервов, но уже за других подписалась. Понимаешь, да? и она пойдет и действительно, реально за них проголосует. Русский человек электорально очень честен и простодушен одновременно.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И последователен.
С.ДОРЕНКО: И последователен. Да – голосует за того, за кого обещали. Это правда. Но камер нет в кабинках.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но я не про камеры. Я про то – я не знаю, хотел ли этого президент или не хотел, или это получилось побочным продуктом всей этой предвыборной кампании, в которую я не хочу сейчас вдаваться, ее как-то характеризовать, - мне кажется, что в обществе стал как бы генерироваться страх.
С.ДОРЕНКО: Страх есть.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Заметь – очень много сообщений, что кому-то сказали «Пусть попробует не проголосовать…» Причем подтверждений нет. Показали одну бумагу, люди как-то сами начинают… И у нас появляются сообщения – вот, там сказали «Попробуй только – мы тебя вышвырнем…», и нет доказательств. А люди об этом говорят.
С.ДОРЕНКО: Абсолютно верно – есть страх и есть готовность к страху, и есть даже у людей у некоторых трепетная радость от страха. Радость, потому что как же русскому человеку без порядка? Русский человек березой сыт. Мы на порку построимся все. Наш барин не обижает – только виноватых. То есть есть какое-то вот такое…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну это пройдет или это чревато?
С.ДОРЕНКО: Не пройдет, потому что это глубинная вещь. И человек понимает наш, что всякая свобода оборачивается развязным хамством, хождением чемпионов по головам у всех остальных, паскудством, сном людей на помойках. У меня люди спали на помойках в 90-е годы, когда здесь царили реформаторы так называемые, Немцов и другие. У меня на помойке спали, жили в водопроводных и канализационных люках люди…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но сейчас это продолжается.
С.ДОРЕНКО: Сейчас чуть меньше. Сейчас объясню. Чуть меньше де-факто. Может, те перемерли уже, от туберкулеза поумирали, может быть. Но я знаю фактически что - что любая свобода оборачивается для слабых бесправием, а для сильных – хамством. Торжествующим хамством. Купеческим, наглым, развязным. Когда шестисотые Мерседесы едут мимо людей, ночующих на помойке. Понимаешь?
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну тогда надо голосовать за «Единую Россию» и за Путина как инструмент, стабилизирующий ситуацию.
С.ДОРЕНКО: Нет, я тебе говорю, что уровень культуры общества таков, что при предоставленной свободе люди боятся, что чемпионы растопчут им головы. Боятся, потому что так было совсем недавно, и все это помнят. Люди говорят – «А у нас вот такая культура – мы начинаем ходить друг другу по головам». Вот канадцы не ходят при своем социализме. Шведы не ходят при своем социализме. В Израиле не ходят, при ультрасоциализме, социалистическое государство такое, знаешь, где полная обеспеченность всех слабых, всех, кто чего-то там не может, пенсионеры получают превосходное медицинское обслуживание, и по головам друг у друга не ходят. Попробуй Гайдамак походить по головам у израильских пенсионеров – завтра сметут, сожрут, понимаешь? А у нас можно. Поэтому наш человек боится такой свободы, и он ее расшифровывает как бесправие. Вот ужас-то в чем. А на самом деле, корни в культуре вот в этой.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: У нас осталась минута. Мы дальше продолжим. Есть еще подтемы. Но тем не менее. Как, на твой взгляд, пройдут выборы и какой будет результат? Такой, как я прочитал?
С.ДОРЕНКО: Результат, я говорю – выборы уже состоялись.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но тем не менее. Они все-таки еще не состоялись.
С.ДОРЕНКО: Я вслед за Владимиром Рыжковым могу сказать, что поскольку Путин должен взять 71,3%...
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Почему?
С.ДОРЕНКО: Обязан. Он должен взять больше, чем на прошлых выборах. Нет, больше – он должен взять 71,32%, потому что на прошлых выборах было 71,31%.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Понятно.
С.ДОРЕНКО: Значит, он должен взять 71,32%, иначе многим не сносить головы, говорю я как в «Алисе» королева – «кажется, не сносить головы». А лучше – 75%. Поэтому принципиально… еще – смотри: пришло бы два человека…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Здесь написано – 63%.
С.ДОРЕНКО: отлично. Пришло бы три человек на выборы, всего три, из всей России три человека, и двое за Путина…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну это я знаю, да.
С.ДОРЕНКО: Нелегитимность. Если нет на выборах людей, они нелегитимны. Поэтому нужно, чтобы пришло – у-у-ух! – и из них – у-у-ух! – проголосовали и поддержали. Вот тогда плебисцит!
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сергей Доренко. 7 985 970 45 45 – во второй части я буду задавать ваши вопросы, которые придут на нашу смс-службу. Оставайтесь с нами. Пауза – 5 минут.
НОВОСТИ
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Программа «Особое мнение», в студии Матвей Ганапольский. Сергей Доренко здесь со мной. Дмитрий пишет: «В идеологии правящей элиты вырисовывается некая огульная позиция. То есть если вы против власти, то вы американский «шпиен» или олигархический реакционер. Короче, по определению – сволочь. При этом неважно, коммунист вы или либерал». Я не буду спрашивать тебя, хорошо это или плохо. Вот как власти делают, так они и делают, на то у них свои резоны…
С.ДОРЕНКО: Они используют простые схемы.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Значит, вот состоятся выборы. И понятно, что страна будет двигаться дальше. И мне кажется, что власть, даже уверенная в своих действиях, должна питаться какими-то идеями. Ну вот здесь, видишь, как – что мы идеи генерируем только внутри себя. У меня вопрос к тебе. Какими идеями будет питаться власть? Потому что Путин сегодня сделал интересное очень заявление. Он сказал, президент Путин… вот не поверишь – может, это редакторы так это все бездарно сделали… «Президент Путин не сомневается в том, что т.н. План Путина будет реализован будущим правительством». И это цитата: «Нисколько не сомневаюсь, что удастся его реализовать». Понимаешь, он как бы говорит – что мой план… Так вот так оно и будет дальше?
С.ДОРЕНКО: Путин сейчас работает, и он сейчас на короткий период доверился, стал персонажем в руках людей Суркова, и там работает Глеб Павловский, другие…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, медийщики, которые конструируют этот строй.
С.ДОРЕНКО: Да, он доверился им, и по-настоящему он же сам очень осторожничает в этом, ему нравится блистать на экране, ему нравится блистать в обществе, но он не всегда уверен, что он делает правильные вещи. Некоторые вещи он передоверяет вот этим технологам сейчас. Поэтому он говорит про План Путина, про который сам он не знает, что это за план. Просто так надо говорить. Так надо. Он в одном кругу, кстати, недавно признался, не строго своих людей. С представителями прессы он говорил, сказал – бог весть, что придумали политтехнологи…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, это цитировали, да.
С.ДОРЕНКО: Да, ну что делать, ну приходится… Поэтому он сейчас говорит, как строитель современной России. Этот термин придумал Павловский, и вот он обеспечивает медиа-наполнение этого термина Павловского. Путин работает персонажем Павловского.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну хорошо. Вот выиграли, страна в руках, все регулируется. Что со страной дальше происходит? ведь все остается на своем месте – есть Каспаров, который выйдет, есть Доренко, который критикует. С этим же всем надо как-то поступать.
С.ДОРЕНКО: Да. Цель правящей элиты – по-прежнему экспансия, удержание и захват новых материальных ценностей, безусловно. Главная модернизационная составляющая их политики близка к нулю. Модернизация инфраструктуры не проведена за 8 лет богатых цен на нефть. Ну и так далее. Можно перечислять долго, но я просто не хотел бы здесь обвинительную речь большую. Все всё знают. Ничего не сделано за 8 лет.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я не соглашусь. Ну, ладно…
С.ДОРЕНКО: Я соглашусь. Если не согласишься, я готов проиллюстрировать. Сколько новых современных клиник…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Стоп. Еще раз – не об этом. Меня другое интересует.
С.ДОРЕНКО: Просто структурная модернизация не проведена вообще.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так их будут делать. Потому что, как ты понимаешь, когда снова это будет, новый президент или этот президент, если он останется, должен сказать – «Ну, вот вы мне оказали доверие. Теперь, ребята, мы будем жить по-новому», как пела группа «Любэ». Помнишь?
С.ДОРЕНКО: Ее не будут делать.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Почему?
С.ДОРЕНКО: Почему ее не делали прежде? Так же, как Путин сказал – «Дай деньги – поворуют». Было сказано «Дайте деньги» - на дороги, на что угодно. А он сказал – «Дашь же – украдут же». То есть ее делать не будут. Частные дороги какие-то строить начнут. Да, может быть, страна обретет единственную в стране дорогу. Дороги же ни одной же нет у нас, знаешь. У нас тропа Хо Ши Мина ведет в Петербург, например. Ну правда – тропа Хо Ши Мина. И в Ростов-на-Дону – тоже тропа Хо Ши Мина. У нас ни одной нет дороги. Ну, может, одну построят, частную дорогу за следующий мандат восьмилетний. Они ж сразу на 8 лет приходят, а не на 4. Ну вот. Но все остальное делаться не будет. Потому что такова политика. Экспансия, защита и удержание личных интересов, материальных вполне. Дальше я могу характеризовать, как может пойти. Может все пойти через госкорпорации – тогда правительство будет лишено крови, денег, бюджета, всего, и возникнут некие госкорпорации – такая собственно оформившаяся олигархия, когда единственное, что будет не вправе делать чиновники, - это передавать по наследству. Например, ты сидишь на росвооружении – это не обязательно, что твой сын сядет на росвооружение. То есть они будут опять владеть и распоряжаться, но не наследовать имущество отца, которым отец владел и распоряжался. Такая форма феодализма, перетекающая – архаизирующийся феодализм, когда тебе дают феод только на время служения, а после служения ты этот феод опять передаешь кому-то. Ну вот. Скорее всего, вот так дело пойдет. Но не жди, пожалуйста.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть приблизительно та же картина, которая происходит сейчас.
С.ДОРЕНКО: Конечно. Я думаю, в отличие от многих демократов, которые потирают руки и говорят «Вот будет дешевая нефть, все упадет – и тогда этот режим кровавый зашатается, и все рухнет», я, в отличие от них, убежден, что будет дешевая нефть – значит, будет дорогое что-то еще. А пока у нас 17 млн квадратных километров, это что-то еще здесь будет тоже. Понимаешь? Будет, например, нефть дешевая, и всем понадобится какая-нибудь речная галька. Так вот, у нас будет речной гальки больше, чем у всех, ровно потому что у нас 17 млн квадратных километров.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну это объективно. Что делать, что у нас речной гальки больше, чем у других?
С.ДОРЕНКО: Ну так вот – мы можем всегда жить в таком режиме патерналистского общества, забитого…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Пеньку и мед всегда у нас есть.
С.ДОРЕНКО: Абсолютно архаичного народа, которому время от времени сметают со стола крошки. Так, знаешь, неряшливо – «Плюйте, сволочи!» И безответственной, по существу оккупационной или, может быть, вахтовым методом работающей элиты, которая налетает сюда из Лондона, быстренько тут работает… А мне рассказали про одного министра очень смешно – я сам не был, но очень характерная схема: парень проводит в семь утра совещания в министерстве в пятницу. А я спрашиваю «Почему в семь?» А он говорит «А иначе не успевает. У него самолет в 12 в Лондон». Он каждые выходные проводит с семьей, поэтому…
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А что здесь плохого?
С.ДОРЕНКО: Ничего плохого. Поэтому в 7 утра, чтоб успеть на самолет. Или там в 11 самолет.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: У некоторых олигархов частные самолеты.
С.ДОРЕНКО: А у этого нет. Посмотри, сколь демократичен этот мужчина! Сколь демократичен этот министр! Он, в общем, и семья его живет в Лондоне, он здесь работает. Но чтобы пятницу здесь не терять, он своих всех сгоняет в семь утра.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо. Еще один вопрос. Почему я говорю с тобой именно на эту тему и именно таким образом – потому что мы действительно встретимся с тобой в следующий раз уже после.
С.ДОРЕНКО: Может быть, в другой России?
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: В другой России… ну, может, и в другой. Это зависит все-таки от граждан, которые будут отдавать свой голос за ту или иную партию…
С.ДОРЕНКО: А «Другая Россия» просила портить бюллетени.
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, мы не будем сейчас этим заниматься. А вот оппозиция, так называемая, как ее называют, или не так называемая – ее в следующее четырехлетие ждет такое же прозябание?
С.ДОРЕНКО: Оппозиция должна выйти на улицу и встать под знамена «Другой России». Значит так – или коммунисты, или «Другая Россия».
М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Понятно. Спасибо большое. Ждем выборы. И каждый принимает свое решение. Заметьте, мы не говорили – нужно на них ходить, не нужно. Это вы выбираете. За кого голосовать – тоже, естественно, вы. Это была программа «Особое мнение». Сергей Доренко был ее гостем. До свидания.
С.ДОРЕНКО: До свидания.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment