Nick 'Uhtomsky (hvac) wrote,
Nick 'Uhtomsky
hvac

Categories:

Катафрактарии.Были и Небыли. часть1

Публика – все люди Земного шара, в том числе и молодые историки, – знает о прошлом человечества исключительно то, что ей сказали прежние историки, и ничего другого. Людям навязывается ложная интерпретация, и дальше речь идёт только о сказанном. А в своём кругу историки уговаривают сами себя и друг друга, что очевидцы событий имели в виду не то, что имели в виду, а то, что в виду у них, историков.

Во время оно не было специальных людей, собиравших и передававших информацию; она распространялась естественным образом. Потом появились барды и сказители.Когда появились первые люди, записывавшие произошедшие события, они вполне могли делать это добросовестно, в меру своих знаний и понимания. Но первоначально не могло быть никаких правил летописания. Не проставлялись и даты, – не потому, что хроникёр был необразован, а просто не было ещё такого понятия, как «дата».Сочинённая средневековыми схоластами «история», приобретшая его стараниями даты, превратилась в обожествлённую святыню. Поколения историков, её «жрецов», наработали свою терминологию, сильно украсив эту «святыню» собственными догадками и словечками.По мнению историков, им известна «реальность» прошлого. На самом-то деле известна лишь, – и об этом можно говорить уверенно, – именно СХЕМА исторического развития.

А в схеме есть древняя античность, населённая греками и варварами, и средневековый мир, населённый христианами и мусульманами. Хронисты говорят о язычестве местных жителей, а историк упорно называет их мусульманами. У читателя невольно складывается неверное представление о всей эпохе!

Нельзя не отметить, что свидетели «крестоносного времени» не всегда ограничивались обзываниями своих врагов неверными или вероломными. Они, бывало, записывали названия народов. Вот эти названия: ливийцы, ассирийцы, индийцы, финикийцы, эламиты, персы, мидяне, халдеи, парфяне!

Анализ наличного корпуса письменных источников порождает бесчисленные вопросы. Никаких оригиналов рукописей, написанных еврейским и греческим письмом ранее XV века, не существует. Всё, что есть у историков из «древних» документов, – это средневековые копии! Точно так же отсутствуют оригиналы рукописей, написанных по-латыни раньше XIV века, в частности, нет оригиналов рукописей Данте, Боккаччо и Петрарки в
Италии, Д. Уиклифа и Р. Бэкона в Англии, Ф. Бонавентуры во Франции и других авторов, традиционно относимых к XII—XIV векам.

Есть несколько очень простых признаков для отличия действительно старинного литературного произведения от недавнего. Прежде всего, мы здесь можем опереться на закон размножения рукописей в допечатное время в геометрической прогрессии с каждым новым десятилетием существования языка, на котором они написаны.

Характерно, что событийно все эти, «всплывшие» в XVI—XVII веках хроники не имели однозначной привязки к единой шкале времени. К какому времени отнести какую из них, определяла не общепринятая сквозная хронология, которой тогда ещё не было, а, скорее, историческая география. Рукопись привязывали сначала к какому-либо региону, а уж только затем, выверив по перекрёстным ссылкам в разных текстах разных стран, относили ко времени в прошлом. Понятно, что даже те из них, которые были сочинены от начала до конца, всё же сочинялись не в безвоздушном пространстве, ведь их авторы жили во вполне определённом «историческом» контексте, – так что составитель историографии вполне мог найти им место в якобы «действительном» прошлом. Это, кстати, означает, что метод перекрёстных ссылок, на который любят опираться историки, надо применять с большой осторожностью.Вот причина, позволяющая говорить об относительной достоверности истории можно только для последних веков, начиная от XVII-го. Обращаясь же ко временам более ранним, придётся пользоваться термином «варианты истории»

Катафрактарии

image

Парфянский катафрактарий – тяжеловооруженный конный копейщик II века нашей эры (?); реконструкция по настенному рисунку.

Гуннский латник-лучник начала нашей эры(?) ; реконструкция по археологическим находкам в Монголии и Прибайкалье.

 

 

 

 

 

 

Вопросам, связанным с появлением и распространением катафрактариев, посвящена значительная литература (5), однако эти вопросы еще далеки от окончательного разрешения. Не выяснено, когда и где впервые появились катафрактарии, по-разному трактуется их роль в истории военного искусства. Нет полной ясности даже в самом применении термина "катафрактарии"

Всеми без исключения историками подразумевается  под катафрактариями определенный, хронологически ограниченный строй тяжеловооруженной конницы, атакующей противника (прежде всего пехоту) в определенном боевом порядке – тесно сомкнутом строю – и с определенной тактической целью (прорыв, реже охват). Для катафрактариев характерны специфическое вооружение и специфические способы ведения военных действий.

Термин "катафрактарии", мол нельзя употреблять расширительно, распространяя его на всякую или почти всякую тяжеловооруженную конницу.

Собственно катафрактарии по письменным источникам "известны" у парфян, армян и сарматов, может быть, также у албанов и иберов (1). Существование такой конницы на Боспоре засвидетельствовано археологическими материалами и памятниками изобразительного искусства (2). Якобы, она была и в Средней Азии, но строгих доказательств этого мы пока не имеем ни в письменных источниках, ни в археологических материалах. Далее на восток тяжеловооруженная конница, сходная с катафрактариями, была якобы в Индии (3), а также у гуннов и китайцев (4).

Слово "катафрактарии" происходит от катафракты – греческого наименования всаднического доспеха. В дальнейшем в греко-римском мире этим словом (в двух написаниях – cataphracti и cataphractarii) стали называть появившуюся на Востоке тяжеловооруженную конницу. Сам термин cataphracta (ta cataphracta) впервые прослеживается в эллинистическом Египте в начале III в. до н. э., где им якобы называли панцири солдат тяжелой кавалерии (P. Enteux., 32, 45). Возможно, уже во II в. до н. э. он переносится на самую панцирную кавалерию. Мы встречаем этот термин при описании войска Селевкидов и его вооружения (8). В источниках, посвященных событиям I в. до н. э, и последующего времени, термин "катафрактарии" уже прочно устоялся. (?) 

Им теперь называют тяжеловооруженную конницу, с которой римляне впервые столкнулись на Востоке и с которой им пришлось бороться в течение многих веков. Этот термин употреблялся до конца существования Римской империи, но наряду с ним в официальном языке и литературе поздней Империи появляется термин "клибанарии" (clibanarii), скорее всего, иранского происхождения(9).

В литературных источниках оба термина употребляются, почти чередуясь, и установить различие в их применении очень трудно. Четкого различия, очевидно, и не было, хотя все же ощущается некоторая хронологическая последовательность. В целом термин "катафрактарии" чаще употреблялся в III-V вв. н. э. для наименования вспомогательных частей римской армии, вербовавшихся на Востоке, в то время как термин "клибанарии" служил главным образом для обозначения собственно римской и сасанидской тяжелой кавалерии (10).

Вооружение

Для вооружения катафрактариев характерны три главных особенности.

 Первой отличительной чертой их было наличие тяжелого оборонительного доспеха. Он состоял прежде всего из металлического панциря, чешуйчатого или комбинированного, позднее кольчуги. В I в. до н. э. панцирь, как правило, был коротким, он едва доходил до бедер. Ноги также оставались незащищенными. Это учитывали римские тактики, рекомендовавшие разить катафрактариев мечом в бедра и голени – "единственные части тела, которые не закрывала броня" (Plut., Luc. 28). В первые века н. э. появляются доспехи, доходящие до колен. Широкое распространение получает комбинированный доспех, которой включает набедренник, металлические или кожаные наручи и поножи. Голову катафрактария защищал конический шлем. В первых веках н. э. он якобы часто имел металлическую маску, закрывавшую лицо. В целом, состоявший из различных частей доспех покрывал тело всадника с головы до ног. Особенно это якобы характерно для клибанариев III-IV вв. н. э

Теперь об источниках , сохранивших описания таких закованных в доспех клибанариев поподробнее.Ниже свидетельства " античных" авторов:

1.По словам Свиды (s. v.)

"все они сидели на своих лошадях, как статуи, к их конечностям были подогнаны доспехи, которые точно соответствовали формам человеческого тела. Они покрывали руку от запястья до локтя, а оттуда до плеча, в то время как пластинчатая броня защищала плечи, спину и грудь. Голова и лицо были покрыты шлемом с металлической маской, которые делают их носителя выглядящим как статуя, потому что даже бедра и ноги и самые кончики ног покрыты доспехом. Он соединен с панцирем прекрасным кольчужным плетением, наподобие ткани, так что ни одна часть тела ее остается видимой и непокрытой, потому что это плетеное покрытие защищает руки и так гибко, что носители его могут даже сгибать пальцы"

2.Так описывает Аммиан Марцеллин тяжелую конницу персидского полководца Мерены во время похода Юлиана

"То были закованные в железо отряды; железные пластины так тесно охватывали все члены, что связки совершенно соответствовали движениям тела, а прикрытие лица так хорошо прилегало к голове, что все тело оказывалось закованным в железо, и попавшие стрелы могли вонзиться только там, где через маленькие отверстия, приходившиеся против глаз, можно кое-что видеть, или где через ноздри с трудом выходит дыхание" (11).

Второй особенностью как катафрактариев, так и более поздних клибанариев било их главное наступательное оружие – пики, достигавшие в длину 4-4,5 м, которые держали обеими руками.

По забавному описанию Гелиодора (типичное для "историка" "добавление красок" к словам Плутарха)

"Когда наступает время битвы, то, ослабив поводья и горяча коня боевым криком, он (катафрактарий ?) мчится на противника, подобный какому-то железному человеку или движущейся кованой статуе. Острие копья сильно выдается вперед, само копье ремнем прикреплено к шее коня; нижний его конец при помощи петли держится на крупе коня, в схватках копье не поддается, но, помогая руке всадника, всего лишь направляющей удар, само напрягается и твердо упирается, нанося сильное ранение, и в своем стремительном натиске колет кого ни попало, одним ударов часто пронзая двоих" (12).

Ну что тут скажешь, sapienti sat.

Такие пики изображены на иранских рельефах и боспорских погребальных фресках. Наконечники их встречены в погребениях Северного Кавказа и Поволжья (13).

Длинный меч и кинжал служили вспомогательным оружием, равно как и лук со стрелами. Но пики были у них на вооружении с самого начала.С полным основанием можно сказать, что без пики не было бы катафрактария.

"Ведь вся сила этой броненосной конницы – в копьях, у нее нет никаких других средств защитить себя или нанести вред врагу, так как она словно замурована в свою тяжелую, негнущуюся броню" (Plut., Luc. 28)

Существует мнение, что парфянские катафрактарии были по преимуществу лучниками (14). Конные лучники были неотъемлемой частью парфянского войска, так же как и сарматского. Действия тяжелой конницы были особенно успешными при взаимодействии с легковооруженными лучниками. Но сами лучники не были катафрактариями, так же как последние не были лучниками (15). Дело даже не столько в различии вооружения, сколько в совершение иных задачах, ставившихся в бою перед этими двумя подразделениями конницы. Правда, существуют изображения как парфян, так и сарматов, закованных в доспехи, но держащих в руке лук вместо копья. Однако, во-первых, и лучники иногда могли иметь доспех, хотя это должно было быть достаточно редко, а во-вторых, лук со стрелами встречается у катафрактариев в качестве вспомогательного оружия (16). Главным наступательным оружием катафрактариев всегда и всюду была только пика (17).

Третья особенность катафрактариев заключалась в том, что доспех имел не только сам всадник, но зачастую и его лошадь. Этот доспех состоял из нескольких отдельных частей и с течением времени не оставался неизменным. Однако он не был таким непременным атрибутом катафрактариев, как панцирь или пика. Довольно многочисленные изображения иранских катафрактариев, лошади которых не имеют металлических доспехов. Еще меньшее распространение он получил в евразийских степях. Специфические условия кочевой среды требовали даже от катафрактариев большей подвижности и маневренности. Впрочем, в сасанидское, позднеримское и византийское время повсюду наблюдается тенденция к облегчению конного доспеха: замене металлических частей кожаными и т. д

При описании вооружения катафрактариев использовались "данные", относящиеся главным образом к Ирану. Оружие сарматских катафрактариев принципиально ничем не отличалось от парфянских. Различия в вооружении между катафрактариями и более поздними клибанариями также не существенны. Доспех клибанария был более совершенным и покрывал все тело всадника целиком, а не только его наиболее уязвимые части. Доспех лошади также был сложнее, хотя и легче, и применялся чаще, чем в предшествующее время. Во всяком случае, качественного характера эти отличия не имели.

Тактика

Особенности вооружения катафрактариев определили применявшиеся ими боевые порядки и тактические приемы. Катафрактарии всегда атаковали неприятеля тесно сомкнутым строем. Такой строй давал возможность наилучшим образом использовать преимущество вооружения и свести до минимума его недостатки: ограниченную подвижность и вызванную этим слабую маневренность. Отряд катафрактариев, ощетинившийся пиками, малоуязвимый для стрел и дротиков, имевший достаточную защиту от ударов копий и мечей, представлял грозную силу. Многие авторы сообщают, на какие ухищрения приходилось идти, чтобы нейтрализовать пики катафрактариев и вступить с ними в ближний бой (18). Но отдельный катафрактарий был легко уязвим и становился довольно легкой добычей, особенно если он был сброшен на землю. Достаточно вспомнить роксоланских катафрактариев, рассыпавшихся для грабежа по Мезии во время их неудачного набега в 69 г. н. э. "Римские солдаты в легких латах нападали с метательными дротиками или длинными копьями и, когда требовалось, легкими мечами кололи врукопашную беззащитных сарматов" (19).

Об этой слабой стороне катафрактариев пишет и военный теоретик конца IV в. н. э. Вегеций (III, 23): "Катафракты вследствие тяжелого вооружения, которое они носят, защищены от ран, но вследствие громоздкости и веса оружия легко попадают в плен: их ловят арканами; против рассеявшихся пехотинцев в сражении они пригоднее, чем против всадников".

Поэтому эффективно использовать катафрактариев в бою можно было не поодиночке, а лишь целыми подразделениями. В зависимости от конкретной задачи и особенностей противника катафрактарии применяли различные боевые построения. Аланские катафрактарии любили атаковать клином (Arr., Tact. 16, 6), парфяне в битве при Каррах выстроились в линию, представляющую по сути дела конную фалангу (Plut., Crass. 25). Катафрактарии врезались в строй противника, прорывали его, рассекая надвое, и тем самым решали исход сражения (20). Если легкая конница могла спастись бегством и имела некоторые шансы, заключавшиеся в ее большей маневренности, то положение пехоты было особенно угрожающим. В битве с катафрактариями римский тяжелый пехотинец, доселе непобедимый, лишался большинства своих преимуществ. Тяжелая конница оказалась единственным родом войск, способным противостоять легиону, и притом не эпизодически, а постоянно. Если легион был высшим достижением античной военной мысли в отношении пехоты, то катафрактарии были тем же в отношении кавалерии.

В античной литературе имеются указания на то, что катафрактарии, будь то у сарматов пли парфян, вербовались из аристократической верхушки общества (21). Обычно это понимается буквально (22), но вряд ли такой подход полностью приемлем. Тысяча катафрактариев личного войска Сурены, сопровождавшая его во всех походах и передвижениях, наряду со слугами, рабами, обозом и гаремом, вряд ли вербовалась из представителей парфянской знати. В них скорее можно видеть людей, зависимых от первого сановника государства или связанных с ним вассальными отношениями (23). Вероятно, социальный состав парфянских катафрактариев не был однородным. Тут были и сами аристократы, и вооруженные ими лица, составлявшие отряды личного войска такой аристократии, н рядовые представители господствующего класса, так называемые "свободные" (иран. azatan), обязанные являться на военную службу в полном вооружении. Возможно, и у сарматов, хотя их общество находилось на более низкой стадии развития, катафрактарии состояли не только из самой аристократии, но и из вооруженных ею дружинников.

Как бы то ни было, количество катафрактариев никогда не было особенно велико, По данным Плутарха, у Тиграна в битве у Тигранокерт их было семнадцать тысяч (Luc. 26) (24), у сына Тиграна, Артавазда II – десять тысяч (Crass. 19), у Сурены была тысяча катафрактариев его личного войска (Crass. 21) (25), у роксоланов в 69 г. н. э. – девять тысяч. Разумеется, доверять каждой отдельной цифре нельзя, но в целом можно заключить, что в I в. до н. э., когда катафрактарии впервые стали играть важную роль у парфян, отношение их числа к общей численности войска было меньше, чем 1:10. Не могло быть большим оно и у сарматов. В последующие века численность тяжеловооруженной конницы должна была увеличиться, но все же она всегда составляла меньшинство по отношению к остальному войску, хотя бы из-за дороговизны доспехов. Регулярной армии в Парфии не было. Парфянская знать приводила на войну отряды зависимых от нее людей, клиентов, которые по большей части были легковооруженными лучниками (26).

Поэтому потери такой кавалерии были трудновосполнимыми, и ее берегли, выпускали только в решающие моменты битвы. Легковооруженная конница по-прежнему была необходимым и численно преобладающим родом войска, как парфянского, так и сарматского. Античным писателям такие легковооруженные всадники парфянского войска, прежде всего лучники, были известны под именем hippotoxotai. Им соответствовали sagittarii вспомогательных частей римской императорской армии, вербовавшиеся в Сирии. Только при взаимодействии с легковооруженной кавалерией в полной мере раскрывалась сила катафрактариев.

Отличным примером такого взаимодействия служит знаменитая битва при Каррах (27). Парфяне быстро отказались от первоначального замысла прорвать атакой катафрактариев римское войско, оценив глубину его построения и, вероятно, опасаясь больших потерь.

Вместо этого они охватили римлян полукругом и стали методично расстреливать их из луков, одновременно пытаясь обойти крыло Публия Красса и зайти в тыл основному войску. И в дальнейшем они использовали катафрактариев очень экономно, выпуская их лишь тогда, когда надо было отразить контратаки римлян или оттеснить их на невыгодные позиции (28).

Где же впервые появились катафрактарии и какие причины привели к их появлению?

Различные историки толкуют этот вопрос конечно по-разному. Б. Лауфер считал, что катафрактарии впервые появились в ахеменидском Иране уже в самом конце V в. до н. э. (29). В. Тарн думает, что в окончательно сформировавшемся виде они появились в Иране не позднее I в. до н. э., но отмечает, что происхождение их уходит к кочевым и полукочевым народам Средней Азии. Относительно сарматских катафрактариев он полагает, что они развились независимо от парфянских (30). М.И. Ростовцев отказался решать вопрос, кто впервые стал применять катафрактариев (31). По мнению С.П. Толстова, они впервые появились в Хорезме задолго до нашей эры и оттуда проникли в Иран и к сарматам (32). С его мнением солидаризировались Б. Рубин (33) и С.В. Киселев (34). Г.А. Пугаченкова полагает, что формирование катафрактариев произошл "не в степной среде, а в системе организованных армий тех крупных государств, которые сложились на территории старых оседлоземледельческих культур Бактрии и Парфии" (35). Б.П. Лозинский ищет родину катафрактариев на Иртыше (36).

Такой разнобой в мнениях не случаен. Ненадежные источники (литературные химеры) слишком скудны , и вряд ли возможно установить конкретную родину катафрактариев, особенно если под ней понимать территориально узкую область.

Тесные культурные и этнические связи между кочевниками Восточной Европы, Средней Азии и Казахстана и Южной Сибири, с одной стороны, и земледельческими районами Средней Азии и Ирана, с другой, особенно заметно проявились в военной области. Каждое новшество, будь то в оружии или способах ведения военных действий, быстро распространялось на весьма обширной территории. Здесь прослеживается не только общность многих типов оружия, но и общность тактических принципов.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment